100 ВЕЛИКИХ АВАНТЮРИСТОВ

По поручению генерального проведитора 11 октября 1767 года со Степаном Малым 
встретился и беседовал полковник венецианской службы Марк Антоний Бубич. Судя 
по 
его письменному отчету, эта встреча произвела на него большое впечатление. 
"Особа, о которой идет речь, - писал он, - отличается большим и возвышенным 
умом".

14 октября в горном селе Цегличи совет старшин принял Степана как царя. Затем 
он 
встретился с митрополитом Саввой, престарелым владыкой, фактическим правителем 
страны. Архиерей был захвачен общим настроением, покинул горы и сам приехал к 
Степану в Майне, где самозванец обрушил на него поток красноречия, укоряя 
черногорское духовенство в пороках. Черногорский пастырь был подавлен, он пал 
Степану в ноги и расстался с ним, побежденный.

В конце октября в Цетинье состоялось уже всенародное собрание ("скупщина", 
"збор"), на которое явились до семи тысяч человек. Степан ждал решения народа в 

Майне, тем не менее его первый указ был прочитан на сходке и немедленно принят 
к 
исполнению. Это был призыв к установлению мира в стране и немедленному 
прекращению кровных распрей. На собрании Степан Малый был признан не только 
русским царем, но и государем Черногории, что удостоверялось грамотой, 
переданной ему 2 ноября 1767 года. Началось паломничество к новому правителю: 
окруженный охранниками, он благословлял пришедших, выкатывал им бочки с вином, 
полученные от митрополита (своих доходов у "царя" не было еще довольно долго).

Венецианские власти боялись трогать Степана Малого. "Благоразумие не позволяет 
мне прибегнуть к решительным мерам, чтобы не возбудить открытого 
сопротивления..." - писал генеральный проведитор из Котора; когда в начале 
ноября 1767 года Степан в первый раз объехал страну, его повсюду встречали с 
восторгом. "Наконец Бог дал нам... самого Степана Малого, который умиротворил 
всю землю от Требинья до Бара без веревки, без галеры, без топора и без тюрьмы",
 
- восхищенно писал один из старшин, противопоставляя Степана венецианцам. 
"Наиславный, наивозвышенный, наивеликий... господин, господин государь, царское 

крыло, небесный ангел..." - так обращался к нему губернатор, только что 
избранный на свой пост.

Все считали самозванца Петром и в то же время именовали его Степаном, как бы 
признавая соединение в одном лице двух личностей; сам он подписывался именем 
"Степан" и приказал вырезать титул "милостью божией Степан Малый" на 
государственной печати. Ведь имя Степан само по себе обладало царственным 
смыслом: "стефанос" по-гречески означает "венец". Кроме того, оно было 
популярно 
у сербских государей из династии Неманичей, и самозванец недаром удерживал его 
за собой.

Но внезапно у него обнаружился недоброжелатель - старый владыка Савва, который 
с 
трудом мирился с возвышением самозванца. Подчинившись Степану, старик написал 
русскому послу в Константинополе А.М. Обрескову о черногорских делах. Обресков 
сразу же ответил ("Удивляюсь, что ваше преосвященство... впали в равное с... 
вашим народом заблуждение"), и Савва немедленно выступил против Степана, 
разослав копию письма во все черногорские общины.

В столь критической для него ситуации Степан Малый показал себя опытным и 
ловким 
политиком В феврале 1768 года в монастыре Станевичи была созвана сходка старшин,
 
на которую вызвали Степана. Самозванец пустил в ход сильнодействующее средство: 

обвинил митрополита в служении интере-

СТЕПАН (СТЕФАН) МАЛЫЙ

235

сам Венеции, а также в спекуляциях земель и расхищении ценностей, поступавших в 

дар из России. Не дав ему опомниться, Степан Малый предложил тут же отобрать у 
Саввы имущество и разделить между участниками сходки. Стада владыки, его дом, 
монастырь и еще несколько церквей были мгновенно разграблены, сам он и его 
родня 
взяты под стражу, монахи разогнаны. Степан вновь оказался хозяином положения; 
его ближайшим советником стал теперь сербский патриарх Василий Бркич, незадолго