| |
только русским царем, но и государем Черногории. В течение шести лет
фактически правил страной. Провел ряд реформ, в частности судебную,
отделил церковь от государства. Призывал племена к миру. Погиб от рук
наемного убийцы.
В начале 1766 года в черногорской деревне Майна на Адриатическом побережье
появился чужестранец-знахарь. Он нанялся батраком к состоятельному черногорцу
Вуку Марковичу. Незнакомец привлек к себе внимание умением врачевать. Людей
удивляло и его поведение: в отличие от обычных деревенских знахарей Степан
Малый
не брал платы до тех пор, пока его подопечные
СТЕПАН (СТЕФАН) МАЛЫЙ
233
не выздоравливали. При этом он вел с ними беседы о доброте и миролюбии, о
необходимости прекратить распри между общинами. Стал он лечить и своего
заболевшего хозяина. В результате к концу лета 1767 года Маркович стал
относиться к своему батраку с уважением и даже с почтительностью.
Через некоторое время в речах Степана Малого стали замечать таинственную
важность. Он попросил одного солдата отнести к генеральному проведи-тору А.
Реньеру письмо, адресованное самому венецианскому дожу. В письме содержалась
просьба подготовиться к принятию в Которе в скором времени "свет-императора".
(К
тому времени приморские территории Черногории, захваченные Венецианской
республикой, именовались "венецианской Албанией". Они управлялись генеральным
проведитором - наместником, резиденция которого находилась в Которе.)
В августе-сентябре 1767 года по окрестным селам разнеслась весть, что батрак из
села Майне и не батрак вовсе, а русский царь Петр III. Впрочем, "царь"
продолжал
называть себя Степаном Малым, но не из-за малого роста. Может потому, что, по
его собственным словам, он был "с добрыми добр", иначе говоря, с простыми
людьми
прост (с малыми мал)? Есть еще одна версия. В середине XVIII века в Вероне
большой популярностью пользовался врач по имени Стефан из рода Пикколо (то есть
Малый). Степан тоже был знахарем...
Как только прошел диковинный слух, все бросились разглядывать иноземца, пытаясь
найти в нем сходство с портретами русского императора. "Лицо продолговатое,
маленький рот, толстый подбородок... блестящие глаза с изогнутыми дугой бровями.
Длинные, по-турецки, волосы каштанового цвета... Среднего роста, худощав, белый
цвет лица, бороды не носит, а только маленькие усики... Налице следы оспы...
Кто
бы он ни был, его физиономия весьма сходна с физиономией русского императора
Петра Третьего... Его лицо белое и длинное, глаза маленькие, серые, запавшие,
нос длинный и тонкий... Голос тонкий, похож на женский..." В то время ему было
лет 35-38.
Достоверных сведений о его происхождении нет. Он называл себя то далматинцем,
то
черногорцем, то "дезертиром из Лики", и иногда просто говорил, что пришел из
Герцеговины или из Австрии. Патриарху Василию Брки-чу местом своего
происхождения Степан Малый называл Требинье, "лежащее на востоке", а Ю.В.
Долгорукому предложил даже три версии о себе: Ра-ичевич из Далмации, турецкий
подданный из Боснии и, наконец, уроженец Янины. Он признавался, что во время
странствий ему часто приходилось менять имена. Степан Малый хорошо говорил по-
сербохорватски, в разной мере владея, кроме того, немецким, французским,
итальянским, турецким и, быть может, русским.
Сразу же после того, как Степан "признался" в своем царском происхождении,
нашлись люди, которые "узнали" в нем Петра III. Некоторые из них в свое время
побывали в России (Марко Танович, монах Феодосии Мркоевич, игумен Йован
Вукачевич), и их свидетельствам особенно поверили. Марко Танович, находившийся
на военной службе в России в 1753-1759 годах и встречавшийся там с Петром
Федоровичем, сказал, что батрак Степан Малый как две капли воды похож На
русского царя.
В одном из монастырей нашли портрет императора; сходство "подтвердилось".
Несколько позднее с агитацией в пользу Петра III выступили видные православные
иерархи. Особенно поразил Степан черногорских старшин, когда потребовал у них
отчета в том, куда они дели присланные из России золотые медали (он узнал о них
от русского офицера, побывавшего в Черногории незадолго до то го).
234
|
|
