| |
Он подождал, пока она съест мороженое, чтобы проводить ее обратно и сдать с рук
на руки какому-то юнцу — одному из дожидавшихся своей очереди кавалеров. Он
смотрел ей вслед, пока она не затерялась в толпе танцующих, а потом предложил
руку миссис Картер и усадил ее в кабриолет. Домой возвращались без Беренис —
кто-то из друзей должен был привезти ее в своем экипаже. Каупервуд спрашивал
себя, когда же она вернется и где ее комната, и вправду ли она была огорчена
тем, что обидела его… Засыпая, он неотступно думал о Беренис Флеминг, и ее
матово-синие глаза преследовали его даже во сне.
43. ПЛАНЕТА МАРС
Неприязнь местных банкиров к Каупервуду, вынуждавшая его предпринимать поездки
в Кентукки и другие штаты, усиливалась с каждым днем. С особенной остротой она
проявилась, когда Каупервуд сделал попытку достать денег на постройку городской
надземной дороги. Пробил час для введения в Чикаго этого нового вида транспорта.
Население уже проявляло к нему интерес. Каупервуд видел, как начала строиться
первая надземная дорога, Элли-лайн, на Южной стороне, и как проектировалась
другая, Метрополитен-лайн — на Западной, и понимал, что все это делается
главным образом для того, чтобы привлечь внимание населения к новому виду
транспорта и затруднить ему, Каупервуду, борьбу против общегородской концессии.
Каупервуду стало ясно, что пора браться за постройку надземной дороги, если он
не хочет, чтобы это сделали другие. А наряду с этим ему еще предстояло вскоре
перестроить свои линии конки, так как электрическая тяга повсеместно вытесняла
все другие виды тяги. Мало того, что различные препоны, на которые он постоянно
наталкивался в органах самоуправления, требовали от него все новых и новых
затрат, — теперь придется взвалить себе на плечи еще и эти хлопоты и добиваться
концессий всеми правдами и неправдами, а проще говоря
— взятками. Надо сказать, что именно финансовая сторона дела беспокоила сейчас
Каупервуда куда больше, нежели все затруднения формально-бюрократического
порядка. Постройка надземных дорог в Чикаго представлялась ему делом довольно
рискованным, так как многие обширные районы города были еще довольно слабо
заселены. Новые силовые станции, новый подвижной состав, новые концессии — все
это требовало колоссальных затрат. Каупервуд не любил вкладывать в предприятия
свой личный капитал, предпочитая перелагать это бремя — путем выпуска акций —
на плечи населения, а за собой сохранять право руководства и контроля, однако
на этот раз он стал в тупик: чтобы начать работы — закупить строительные
материалы, нанять инженеров и рабочих, — ему требовались сейчас, пока дороги не
будут пущены в эксплуатацию, миллионные кредиты. Надземная дорога на Южной
стороне (Каупервуду пришлось в конце концов примириться с тем, что концессия на
эту дорогу выдана не ему, — ибо надо же было успокоить разбушевавшиеся страсти)
приносила неплохой доход благодаря открытию Всемирной выставки. Однако по
сравнению с нью-йоркскими надземными дорогами прибыли нового предприятия были
невелики. Проектируемые Каупервудом линии должны были пройти по районам с еще
более редким населением и, следовательно, могли принести еще меньше дохода. А
сейчас надо было добывать деньги — миллионов двенадцать или даже пятнадцать —
под акции и облигации этого предприятия, пустые бумажонки, которые, быть может,
не будут приносить прибыли в течение еще нескольких лег. Чикагское кредитное
общество было уже перегружено обязательствами Каупервуда, к Эддисон обратился в
менее крупные, но достаточно солидные местные банки (в каждый банк по секрету
от другого, разумеется) с предложением взять у него в обеспечение новые акции и
выдать под них ссуду. Он был очень удивлен и опечален, когда все банки до
единого ответили на его предложение отказом.
— Видите ли, как обстоит дело, Джуд, — с таинственным видом признался Эддисону
директор одного из них. — Тимоти Арнил держит в нашем банке не менее трехсот
тысяч долларов, по которым мы выплачиваем ему всего-навсего три процента
годовых. По условию он может в любую минуту востребовать этот вклад. Кроме того,
когда нам срочно бывают нужны деньги, чтобы обернуться, наш главный источник —
«Лейк-Сити Нейшнл», где мы никогда не встречаем отказа. Какую роль играет в
этом банке мистер Арнил, вы сами знаете. Ссориться с ним нам никак нельзя. А
меня уже предупредили, что он сильно не ладит с мистером Каупервудом. Так что,
видите, я бы очень хотел удружить вам, но не могу, поверьте.
— Послушайте, Симмонс, — сказал Эддисон, — ведь эти господа готовы отказаться
от выгодной сделки, лишь бы напакостить другим. Акции и облигации, которые я
вам предлагаю, — прекрасное обеспечение, вам ли этого не знать. Весь этот шум и
крик в газетах против Каупервуда ни к чему не приведет и привести не может.
Каупервуд абсолютно платежеспособен. Чикаго растет. Каупервудовские линии
городских железных дорог с каждым годом приобретают все большую ценность.
— Это-то я знаю, — отвечал Симмонс. — Да ведь уже существуют конкурирующие
надземные дороги других компаний. И эта конкуренция может на первых порах
нанести Каупервуду серьезный ущерб.
— Я лучше вас знаю Каупервуда, — спокойно отвечал Эддисон, — и потому не
сомневаюсь, что в Чикаго не будет никаких других надземных дорог, кроме тех,
|
|
