545} 
Ветвь Антенора сановника, славного, сильного в битвах. 
Феб ему сердце наполнил отвагой и сам недалеко 
Стал, чтоб над мужем удерживать руки тяжелые Смерти, 
К дереву буку склонясь и покрывшися облаком темным. 
Тот же, как скоро увидел рушителя стен Ахиллеса,    {550} 
Стал; но не раз у него колебалось тревожное сердце. 
Тяжко вздохнув, говорил он с своей благородной душою: 
"Горе мне! ежели я, оробев, пред ужасным Пелидом 
В бег обращусь, как бегут и другие, смятенные страхом,- 
Быстрый догонит меня и главу, как у робкого, снимет!    {555} 
Если же сих, по долине бегущих, преследовать дам я 
Сыну Пелея, а сам одинокий в сторону града 
Брошусь бежать по Илийскому полю, пока не достигну 
Иды лесистых вершин и в кустарнике частом не скроюсь? 
Там я, как вечер наступит, в потоке омоюсь от пота    {560} 
И, освежася, под сумраком вновь в Илион возвращуся. 
Но не напрасно ль ты, сердце, в подобных волнуешься думах? 
Если меня вдалеке он от города, в поле увидит? 
Если, ударясь в погоню, меня быстроногий нагонит? 
О! не избыть мне тогда от сурового рока и смерти!    {565} 
Сей человек несравненно могучее всех человеков! 
Если ж ему самому перед градом я противостану? .. 
Тело его, как и всех, проницаемо острою медью; 
Та ж и одна в нем душа, и от смертных зовется он смертным; 
Но Кронид лишь ему и победу и славу дарует!"    {570} 

   Так произнес - и, уставясь на бой, нажидал Ахиллеса: 
Храброе сердце стремило его воевать и сражаться. 
Словно как смелый барс из опушки глубокого леса 
Прямо выходит на мужа ловца, и, не ведущий страха, 
Он не смущается, он не бежит при раздавшемся лае;    {575} 
Даже когда и стрелой иль копьем его ловчий уметит, 
Он, невзирая, что сам копьем прободен, не бросает 
Пламенной битвы, пока не сразит или сам не прострется,- 
Так Антеноров сын, воеватель бесстрашный Агенор, 
С поля сойти не решался, пока не изведал Пелида.    {580} 
Он, перед грудью уставивши выпуклый щит круговидный, 
Метил копьем на него и грозился, крича громозвучно: 
"Верно, надежду ты в сердце питал, Ахиллес знаменитый, 
Нынешний день разорить обитель троян благородных? 
Нет, безрассудный, бедам еще многим свершиться за Трою!    {585} 
Много еще нас во граде мужей и бесстрашных и сильных, 
Кои готовы для наших отцов, для супруг и младенцев 
Град Илион защищать, пред которым найдешь ты погибель,- 
Ты, и страшнейший в мужах, и душою отважнейший воин!" 

   Рек - и сияющий дрот он рукою могучею ринул,    {590} 
И не прокинул: уметил его в подколенное берцо; 
Окрест ноги оловянная, новая ковань, поножа 
Страшный звон издала; но суровая медь отскочила 
Вспять от ноги; не прошла, отраженная божеским даром. 
Тут Ахиллес на подобного богу Агенора прянул,    {595} 
Пламенный; но Аполлон ему славой украситься не дал: 
Быстро похитил троянца и, мраком покрывши глубоким, 
Мирно ему от боя опасного дал удалиться; 
Сам же Пелеева сына коварством отвлек от народа: 
Образ принявши Агенора, бог Аполлон сребролукий    {600} 
Стал пред очами его, и за ним он ударился гнаться.- 
Тою порой, как Пелид по равнине, покрытой пшеницей, 
Феба преследовал, вспять близ глубокопучинного Ксанфа 
Чуть уходящего,- хитростью бог обольщал человека, 
Льстя беспрестанной надеждой, что он, быстроногий, нагонит,-    {605} 
Тою порою трояне, бегущие с поля, толпами 
Радостно к граду примчались; бегущими град наполнялся. 
Все укрывались, никто не дерзал за стеною, вне града, 
Ждать остальных и разведывать, кто из товарищей спасся. 
Кто на сраженье погиб; но в радости сердца, как волны,    {610} 
Хлынули в город, которых спасли только быстрые ноги. 

  

 

 

ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ. 

УМЕРЩВЛЕНИЕ ГЕКТОРА 

    
С ужасом в город вбежав, как олени младые, трояне 
Пот прохлаждали, пили и жажду свою утоляли, 
Вдоль по стене на забрала склоняяся; но аргивяне 
Под стену прямо неслися, щиты к раменам преклонивши. 
Гектор же в оное время, как скованный гибельным роком,    {5} 
В поле остался один перед Троей и башнею Скейской. 
Бог Аполлон между тем провещал к Пелейону герою: 
"Что ты меня, о Пелид, уповая на быстрые ноги, 
Смертный, преследуешь бога бессмертного? Или доселе 
Бога во мн