нас Приаму родила, и ты обоих умертвишь нас! 
Брата уже ты сразил в ополчениях наших передних;    {90} 
Острым копьем заколол Полидора, подобного богу. 
То ж и со мною несчастие сбудется! Знаю, могучий! 
Рук мне твоих не избегнуть, когда уже бог к ним приближил! 
Слово иное скажу я, то слово прими ты на сердце: 
Не убивай меня; Гектор мне брат не единоутробный,    {95} 
Гектор, лишивший тебя благородного, нежного друга! " 

   Так говорил убеждающий сын знаменитый Приамов, 
Так Ахиллеса молил; но услышал не жалостный голос: 
"Что мне вещаешь о выкупах, что говоришь ты, безумный? 
Так, доколе Патрокл наслаждался сиянием солнца,    {100} 
Миловать Трои сынов иногда мне бывало приятно. 
Многих из вас полонил, и за многих выкуп я принял. 
Ныне пощады вам нет никому, кого только демон 
В руки мои приведет под стенами Приамовой Трои! 
Всем вам, троянам, смерть, и особенно детям Приама!    {105} 
Так, мой любезный, умри! И о чем ты столько рыдаешь? 
Умер Патрокл, несравненно тебя превосходнейший смертный! 
Видишь, каков я и сам, и красив, и величествен видом; 
Сын отца знаменитого, матерь имею богиню; 
Но и мне на земле от могучей судьбы не избегнуть;    {110} 
Смерть придет и ко мне поутру, ввечеру или в полдень, 
Быстро, лишь враг и мою на сражениях душу исторгнет. 
Или копьем поразив, иль крылатой стрелою из лука". 

   Так произнес,- и у юноши дрогнули ноги и сердце. 
Страшный он дрот уронил и, трепещущий, руки раскинув,    {115} 
Сел; Ахиллес же, стремительно меч обоюдный исторгши, 
В выю вонзил у ключа, и до самой ему рукояти 
Меч погрузился во внутренность; ниц он по черному праху 
Лег, распростершися; кровь захлестала и залила землю. 
Мертвого за ногу взявши, в реку Ахиллес его бросил,    {120} 
И, над ним издеваясь, пернатые речи вещал он: 
"Там ты лежи, между рыбами! Жадные рыбы вкруг язвы 
Кровь у тебя нерадиво оближут! Не матерь на ложе 
Тело твое, чтоб оплакать, положит; но Ксанф быстротечный 
Бурной волной унесет в беспредельное лоно морское.    {125} 
Рыба, играя меж волн, на поверхность чернеющей зыби 
Рыба всплывет, чтоб насытиться белым царевича телом. 
Так погибайте, трояне, пока не разрушим мы Трои, 
Вы - убегая из битвы, а я - убивая бегущих! 
Вас не спасет ни могучий поток, серебристопучинный    {130} 
Ксанф. Посвящайте ему, как и прежде, волов неисчетных; 
В волны бросайте живых, как и прежде, коней звуконогих; 
Все вы изгибнете смертию лютой; заплатите вы мне 
Друга Патрокла за смерть и ахейских сынов за убийство, 
Коих у черных судов без меня вы избили на сечах!"    {135} 

   Так говорил он,- и Ксанф на него раздражался жестоко; 
Стал волноваться он думами, как удержать от свирепства 
Бурного сына Пелея, спасая троян от убийства. 
Но Пелейон между тем, потрясая копьем длиннотенным, 
Прянул ужасный, убить пылающий Астеропея,    {140} 
Ветвь Пелегона, которого Аксий широкотекущий 
С юной родил Перибоей, Акессаменовой дщерью 
(Старшею: с нею поток сочетался глубокопучинный) . 
Быстро Пелид устремлялся, а тот из реки на Пелида 
Вышел, двумя потрясающий копьями: дух пеонийцу    {145} 
Ксанф возбуждал: раздражался бессмертный за юношей красных, 
Коих в пучинах его Ахиллес убивал без пощады. 
Чуть соступились они, устремляяся друг против друга, 
Первый к Астеропею вскричал Ахиллес быстроногий: 
"Кто ты, откуда ты, смертный, дерзающий встречу мне выйти?    {150} 
Дети одних несчастных встречаются с силой моею!" 

   И ему отвечал воинственный сын Пелегонов: 
"Сын знаменитый Пелеев, почто вопрошаешь о роде? 
Я из Пеонии муж, из страны плодоносной, далекой; 
Вождь я пеонян огромнокопейных. Двенадцатый день мне    {155} 
Светит с оной поры, как пришел я в Приамову Трою. 
Родоначальник мой славный - Аксий широкотекущий, 
Аксий, водою прекраснейшей недра земные поящий: 
Он Пелегона родил; от него, копьеносца, вещают, 
Я порожден. Но сразися со мной, Ахиллес благородный! "    {160} 

   Так он, грозя, говорил; и занес Ахиллес быстроногий 
Крепкий свой ясень пелийский; но дротами вдруг обоими 
Сын Пелегонов пустил: копьеборец он был оборучный: 
В щит Ахиллесов одним угодил, но с