1. Поручить НКВД СССР взять под особую охрану зону, прилегающую к Москве с 
запада и юга и по линии Калинин, Ржев, Можайск, Тула, Коломна, Кашира. 
Указанную зону разбить на семь секторов: Калининский, Волоколамский, Можайский, 
Малоярославецкий, Серпуховской, Коломенский, Каширский.

2. Начальником охраны Московской зоны обороны назначить заместителя народного 
комиссара внутренних дел СССР комиссара госбезопасности III ранга тов. Серова.

3. Организовать при НКВД СССР штаб охраны Московской зоны, подчинив ему в 
оперативном отношении расположенные в зоне войска НКВД — 6 тысяч человек по 
особому расчету, милицию, районные организации НКВД, истребительные батальоны и 
заградотряды.

4. Установить, что дорожно-эксплуатационные полки, автодорожное управление НКО 
в оперативных вопросах организации регулирования движения и установления 
порядка на важнейших магистралях, ведущих к Москве, обязаны безоговорочно 
выполнять указания начальников соответствующих секторов штаба охраны Московской 
зоны НКВД СССР».

Это постановление подписал Сталин. Оно — свидетельство того, что, во-первых, 
порядок в тыловых районах, прилегающих к зоне боевых действий, был установлен, 
а во-вторых, оно говорило об исключительной роли, которую сыграли органы НКВД в 
битве за Москву.

После эвакуации основных оперативных управлений, архива и других подразделений 
в Куйбышев и Горький руководство НКВД, включая Л. Берию, В. Меркулова, Б. 
Кобулова, И. Серова, В. Чернышева, разместилось в Высшей школе пожарной охраны, 
находящейся недалеко от ВДНХ. Сейчас там также располагается Высшая школа 
пожарной охраны МВД. Там тогда находился кабинет Берии. В общем кабинете по 
соседству — в большой учебной аудитории — расположились Кобулов, Серов, 
Чернышев и я.

В эти дни мы пережили несколько стрессовых и драматических моментов. Например, 
15 и 16 октября, когда обострилась обстановка, среди беженцев на шоссе 
Энтузиастов появились панические слухи, которые распространялись с быстротой 
молнии. Но благодаря своевременно предпринятым мерам и грамотным действиям 
работников НКВД никакого существенного ущерба элементы паники не нанесли.

16 октября неожиданно были выведены из строя передающая радиостанция Наркомата 
Морского Флота в Томилине и приемная радиостанция этого же наркомата в Вешняках,
 кроме того, разрушены радиобюро и автоматическая телефонная станция, 
размешенная в Наркомате Морского Флота. В результате этого лишились радиосвязи 
пароходства в Ленинграде, Мурманске, Архангельске, Астрахани, Махачкале. Все 
это нервировало руководство и, естественно, были приняты самые строгие меры в 
отношении начальника центрального узла связи Наркомата Морского флота Березина. 
Как выяснилось, именно он отдал распоряжение о разрушении станции и передавал 
его по прямому телефону начальникам радиостанций, находившихся в Томилине и в 
Вешняках. Этими действиями был нанесен большой ущерб и было временно потеряно 
управление морским транспортом.

Интересно, что наши действия по созданию московского подполья не прошли мимо 
противника. В отчете штаба немецкой полиции безопасности (СД) о положении в 
СССР за февраль 1942 года, который оказался у нас в 1944 году, фигурировали 
планы создания «специальных боевых большевистских организаций НКВД в Москве». 
Указывалось на то, что в Москве существенную угрозу представляет нелегальная 
боевая организация НКВД. Говорилось также и о том, что она была создана на 
случай оккупации Москвы немецкими войсками, отмечалось, что главным для русских 
было проведение акций против немецких войск, организация саботажа и террора.

В боях под Москвой ОМСБОН понес первые серьезные потери — погибли первый 
комиссар бригады, одно время секретарь парткома разведывательного управления 
НКВД, капитан госбезопасности А. Максимов и заместитель командира бригады 
полковник И. Третьяков. Более 50 спецназовцев погибли в боях на ближних 
подступах к столице. Однако приближение переломного момента в битве за Москву в 
нашу пользу ощущалось все более явно. Меня особенно восхищал высокий уровень 
боевого мастерства бойцов и офицеров А. Авдеева, В. Токарева, Э. Соломона, А. 
Саховалера, М. Бреусова, Д. Гудкова, П. Дмитриева, М. Егорцева, А. Шестакова, М.
 Петрушиной и многих других. 75 спецназовцев, отличившихся в битве под Москвой, 
«за образцовое выполнение заданий командования и нанесение тяжелого урона 
противнику» были награждены высокими правительственными наградами.

Именно в боях под Москвой прошли боевое крещение в тылу врага и в 
минно-подрывной войне будущие руководители прославленных партизанских 
соединений Герои Советского Союза Д. Медведев, Е. Мирковский, М. Прудников, В. 
Карасев, Б. Галушкин.

Еще несколько штрихов к Московской битве. Должен сказать, что наступление наших 
войск под Москвой в полном масштабе держалось в строжайшем секрете. И даже 
несмотря на то, что я возглавлял фактически самостоятельную разведывательную