пути борьбы со злейшими врагами нашей Родины.

К возмездию против немецкого командования под руководством М. Маклярского мы 
готовили и актерский ансамбль во главе со «Свистуном» — Николаем Хохловым, 
позднее ставшим перебежчиком. Планировалось, что Хохлов вместе с группой 
акробатов, выступая перед немецкими высшими офицерами, во время эстрадного 
номера — жонглирования — должны были забросать их гранатами.

Для проведения разведывательно-диверсионной деятельности в тылу противника нами 
было переведено по городу Москве на нелегальное положение 43 работника 
центрального аппарата НКВД, 28 работников управления НКВД по Москве и 
Московской области. 11 оперработников должны были осуществить руководство 85 
агентурными группами, охватывающими 400 человек агентурно-осведомительной сети. 
Каждый оперативник имел на связи два-три групповода, которые в свою очередь 
выходили на двух-четырех агентов или осведомителей. Для особого резерва вне 
Москвы и области нами было дополнительно создано 28 резидентур с охватом 87 
человек агентурно-осведомительной сети.

Основное внимание предполагалось уделить сбору разведывательной информации. На 
это нацеливались основные силы из агентуры. Для совершения диверсионных актов 
нами было запланировано привлечь 200 человек. 101 человека подобрали для 
осуществления акций специального возмездия в отношении членов гитлеровского 
руководства.

Большей части наших агентов и осведомителей нами поручалось проведение 
специальной дезинформационной работы. На эти цели мы бросили 
агентурно-осведомительную сеть Московского управления НКВД и специальную 
резидентуру, которая передавалась в подчинение В. Дроздову. Выступая в качестве 
заместителя управляющего аптечным хозяйством Москвы, ему поручалось войти в 
доверие к немцам. Для установления с ними хороших отношений он должен был 
отдать в их распоряжение некоторое количество медикаментов. Для дезинформации и 
распространения листовок предполагалось использовать более 160 человек из 
партийно-советского подпольного аппарата.

Оперсостав, переведенный на нелегальное положение, и часть агентуры были 
обеспечены запасами продовольствия на два-три месяца. Для осуществления с ними 
связи мы разработали соответствующие пароли.

20 октября 1941 года был издан приказ, касающийся минирования важнейших 
объектов столицы. Он носил предварительный характер. Взорвать эти объекты можно 
было только по особому приказу, а ряд объектов, представляющих историческую 
ценность, скажем, Колонный зал Дома союзов (бывшее Дворянское собрание), 
Большой театр и другие столь же известные и ценные в историческом плане здания 
можно было взорвать только в случае, если бы они использовались для размещения 
высшего немецкого руководства (появление которого нами, как это теперь видно, 
ошибочно предполагалось в столице).

В распоряжение НКВД СССР была передана большая группа специалистов по 
геолого-разведочным и взрывным работам. Особое внимание уделялось минированию 
Гознака. Мы не могли допустить, чтобы в руки немцев попали какие-либо наши 
официальные бланки.

Были и недочеты в этой работе. Так, подготовка к уничтожению важнейших объектов 
шла и по Московской области. Серьезный инцидент произошел на Мытищинском заводе 
Наркомата вооружений, который считался ведущим в отрасли и фигурировал в списке 
ГКО. Его эвакуацией в глубь страны руководил лично Борис Львович Ванников, 
ставший позднее народным комиссаром боеприпасов. Уникальное оборудование завода 
укрыли в контейнеры в октябре 1941 года и должны были отправить на Восток. 
Заводская администрация, поддавшись панике, решила одновременно с отправкой 
оборудования в тот же день эвакуировать и свои семейства со всем скарбом. Для 
этого был задействован весь легковой транспорт предприятия. Эвакуация 
происходила на глазах значительной части рабочих. Это вызвало их возмущение и 
послужило причиной стихийно организованного митинга. На завод направили зам. 
наркома внутренних дел И. Серова. Оборудование было эвакуировано. Руководство 
предприятия и участников митинга протеста репрессировали и реабилитировали лишь 
после смерти Сталина.




НКВД берет Москву под особую охрану



12октября 1941 года появилось совершенно секретное постановление ГКО под № 765 
«Об охране Московской зоны». В нем, в частности, говорилось:

«В связи с приближением линии фронта к Москве и необходимостью наведения 
жесткого порядка на тыловых участках фронта, прилегающих к территории Москвы, 
Государственный Комитет Обороны постановляет: