осторожный и в высшей степени гуманный руководитель с весьма широкой эрудицией 
и большим войсковым опытом. Имя его неразрывно связывалось с героической 
обороной Одессы и Севастополя.

В отличие от Петрова И. Д. Черняховский тогда еще не пользовался широкой 
популярностью. Но он отлично зарекомендовал себя на посту командующего армией, 
имел основательную оперативную подготовку, превосходно знал артиллерию и 
танковые войска. Был молод (38 лет), энергичен, требователен и всей душой 
отдавался своему суровому и трудному делу.

Мы сразу же приступили к работе и в течение нескольких дней решили все 
организационные вопросы. Управление бывшего Западного фронта целиком перешло к 
Черняховскому, и он оставил свой КП в Красном, а И. Е. Петрову пришлось 
формировать фронтовой аппарат заново и перебираться в район Мстиславля».


Хочу обратить внимание на последние слова в этой цитате. Читатель уже имеет 
представление о сложности работы в масштабах фронта и, я надеюсь, без труда 
представляет, что значит создать новый фронтовой аппарат, то есть штаб фронта. 
Это огромная организация, состоящая из многих управлений и отделов, включающая 
в себя сотни офицеров, специалистов по самым различным отраслям военного дела. 
Создать штаб фронта вообще непросто, а в короткое время тем более. Еще труднее 
организовать и наладить его работу таким образом, чтобы люди, недавно 
находившиеся в других штабах и частях, занимавшиеся другой работой, за короткий 
срок стали бы понимать друг друга, освоились с совсем новой обстановкой и были 
бы способны руководить боевыми действиями в таких крупных масштабах, каких 
требует фронт.

К тому же вся работа происходила в ходе боев, которые конечно же не 
прекращались и, даже наоборот, велись с еще большей активностью, чтобы 
противник не заметил изменений, происходивших в нашем тылу.

Одновременно с этой большой работой и боями шла выработка решения на проведение 
Белорусской операции. В этой операции должны были участвовать четыре фронта. 
Разработку ее вели как командующие фронтами, так и Генеральный штаб под 
постоянным руководством Ставки Верховного Главнокомандующего.

Генерал Штеменко так пишет об этом:



«Разработка общего оперативного замысла, а затем и плана действий в летней 
кампании 1944 года велась в Генеральном штабе на основе предложений командующих 
фронтами, которые знали обстановку до деталей».


Следовательно, генерал Петров в это время в очень напряженных условиях также 
разрабатывал предложения о плане операции своего фронта. Главной причиной такой 
напряженности было требование соблюдать строжайшую секретность. Вот что говорит 
по этому поводу С. М. Штеменко:



«В полном объеме эти планы знали лишь пять человек: заместитель Верховного 
Главнокомандующего, начальник Генштаба и его первый заместитель, начальник 
Оперативного управления и один из его заместителей. Всякая переписка на сей 
счет, а равно и переговоры по телефону или телеграфу категорически запрещались, 
и за этим осуществлялся строжайший контроль. Оперативные соображения фронтов 
разрабатывались тоже двумя-тремя лицами, писались обычно от руки и 
докладывались, как правило, лично командующими».


Как следует из последней фразы, разработку операции 2-го Белорусского фронта 
вели лично генерал Петров и начальник его штаба генерал-лейтенант С. И. 
Любарский. Член Военного совета этого фронта генерал-полковник Л. З. Мехлис, 
будучи посвященным в общий замысел, все же конкретными разработками, которые, 
как оговорил Штеменко, «писались от руки и докладывались лично командующими», 
конечно же не занимался.



«Во второй половине апреля, – пишет Штеменко, – в Генеральном штабе свели 
воедино все соображения по поводу летней кампании. Она представлялась в виде 
системы крупнейших в истории войн операций на огромном пространстве от 
Прибалтики до Карпат. К активным действиям надлежало привлечь почти 
одновременно не менее 5—6 фронтов».


Той части летней кампании, которая охватывала освобождение Белоруссии, было 
дано – по предложению Сталина – название «Багратион». Согласно этому плану