Запись 8 октября: “Окружение группировки противника в районе Вязьмы завершено и 
обеспечено от возможных ударов противника извне с целью деблокирования 
окруженных соединений”.

9 октября Гальдер, несмотря на сухость и точность его военного языка, все же с 
явным восторгом записывает: “Бои против окруженной группировки противника в 
районе Вязьмы носят прямо-таки классический характер...”

Такова была обстановка 10 октября 1941 года, когда Сталин отдал приказ, 
согласно которому Западный и Резервный фронты объединялись в Западный фронт.

Что мог еще сделать Сталин в такой тяжелейшей обстановке? Большинство сил 
оказалось в окружении. Тех частей, которые отходят перед наступающим 
противником, безусловно, недостаточно для того, чтобы остановить его 
продвижение. Резервов нет — Ставка не располагает готовыми частями, а с 
Дальнего Востока и из других районов прибытие войск задерживается. Если Сталин, 
отправляя Жукова в Ленинград, назвал сложившуюся там ситуацию безнадежной, то, 
наверное, к тому, что сейчас происходило под Москвой, это слово можно было 
применить с еще большим основанием.

Сталин и в этой критической ситуации принял очень правильное решение, назначив 
Жукова на Западный фронт.

Быстро и реально оценив создавшуюся обстановку и прекрасно зная тактику врага, 
Жуков приходит к выводу, что противник не может сейчас наступать на ширине 
всего фронта. У него не хватит для этого сил, много соединений он вынужден 
использовать для уничтожения наших окруженных армий. Следовательно, и нам нет 
необходимости создавать сплошной фронт обороны перед Москвой. Зная повадки 
врага: наступать вдоль дорог и наносить удары танковыми и механизированными 
клиньями, — Жуков принимает решение, в первую очередь, организовать прочную 
оборону на направлениях вдоль дорог, где противник будет пытаться наступать, 
охватывая Москву, а именно — на Волоколамском, Можайском, Калужском шоссе. 
Здесь надо сосредоточить все, что окажется сейчас под руками, главным образом, 
артиллерию и противотанковые средства. Сюда нацелить силы имеющейся авиации.

Самым опасным было Можайское направление. На подступах к Бородино, к тому 
самому Бородинскому полю, где в 1812 году наши предки дали генеральное сражение 
Наполеону, уже находились части противника. На Можайскую линию обороны, как мы 
знаем, сосредоточивало силы и командование Резервного фронта. Именно сюда, на 
наиболее угрожающее направление, и выезжает Жуков с членом Военного совета Н. А.
 Булганиным.

На этом направлении войсками 5-й армии и всеми, кого можно было сюда собрать, 
командовал генерал-майор Д. Д. Лелюшенко, а после его ранения — генерал-майор Л.
 А. Говоров.

Волоколамское направление приказано оборонять генерал-лейтенанту К. К. 
Рокоссовскому, в распоряжении которого было только командование его 16-й армии, 
войска же этой армии, как помним, остались в окружении. Жуков подчинил 
Рокоссовскому все, что можно, из отходящих частей, он знал Рокоссовского как 
умелого и волевого генерала и надеялся, что он удержит Волоколамское 
направление.

33-я армия во главе с генерал-лейтенантом М. Г. Ефремовым сосредоточилась на 
Наро-Фоминском направлении. На Малоярославецком направлении получила задачу 
обороняться 43-я армия генерал-майора К. Г. Голубева. Калужское направление 
перекрыла 49-я армия генерал-лейтенанта И. Г. Захаркина. На Калининское 
направление, наиболее удаленное от штаба фронта, где действия противника и 
обороняющихся носили более самостоятельный характер, Жуков направил своего 
вновь назначенного заместителя генерала Конева с оперативной группой.

Поставил боевые задачи Жуков и войскам, находившимся в окружении. Он объединил 
командование всеми окруженными частями под началом командующего 19-й армией 
генерала М. Ф. Лукина и поручил ему руководить боями и выводом частей из кольца.
 По давно установившемуся правилу, известному не только из теории, но и из 
практики, окруженную группировку противника надо дробить и уничтожать по частям.
 Гитлеровцы и пытались это сделать в районе Вязьмы. Но, понимая их замысел, 
генерал Лукин старался не допустить дробления войск и организовал упорное 
сопротивление внутри кольца. В течение недели окруженные войска активными 
действиями приковывали к себе значительные силы противника. Затем они 
предприняли попытку прорыва. Не многие соединились со своими частями, но 
все-таки часть сил прорвалась.

Для того чтобы более реально представить себе, как сражались выходящие из 
окружения войска, я приведу (сокращенно) подлинный документ — итоговое 
донесение начальника политуправления Западного фронта дивизионного комиссара 
Лестева, которое он направил 17 ноября армейскому комиссару 1 ранга Мехлису:

“О политико-моральном состоянии войск и характеристика ком. нач. состава, 
вышедшего из окружения.