возможностей производства. 

А наши запросы при рассмотрении операции являлись просто колоссальными. 
Известно, что на решение задачи освобождения Белоруссии потребовалось войскам 1,
5 млн. тонн грузов. В Берлинской операции их нужно было еще больше. 
Исключительно сложным делом являлась их перевозка. 

Естественно, что на Политбюро высказывались различные мнения о возможности 
производства удовлетворить запросы Генштаба. Вносились различные предложения. 
Но самым авторитетным являлось слово члена ГКО, председателя Госплана СССР Н. А.
 Вознесенского. Он нередко не соглашался с мнением И. В. Сталина, других членов 
Политбюро и точно называл количество материально-технических средств, которые 
может дать промышленность для рассматриваемой операции. Его мнение являлось 
решающим. Н. А. Вознесенский прекрасно знал народное хозяйство, имел точные 
сведения о его работе и в своих суждениях, оценках почти никогда не ошибался. 

Я сохранил о Н. А. Вознесенском самые лучшие воспоминания. Его отличало не 
только глубокое знание народного хозяйства, но и постоянная целеустремленность, 
заряженность на работу. Он любил работать много и не уставал от дела. Николай 
Алексеевич обладал колоссальной энергией. Когда ни позвонишь, неизменно найдешь 
работающим. Н. А. Вознесенский являлся и сильным организатором: если поручалась 
какая-то задача, можно было быть уверенным в том, что она будет решена. И еще 
запомнился он как человек - обаятельный, доступный, благожелательный. Он был 
цельной и яркой натурой, прекрасным представителем государственных и 
хозяйственных кадров ленинской школы. 

Лично я считаю, что важным фактором партийного влияния на деятельность Генштаба 
являются ежедневные доклады его начальника в Ставке. Эти доклады, на мой взгляд,
 не в меньшей мере являлись и докладами в ЦК партии, поскольку делались в 
присутствии Генерального секретаря ЦК партии и ряда членов Политбюро и ГКО, 
которых всегда было больше, чем членов Ставки. 

Я думаю, что безусловно будет правильным, говоря о докладах начальника 
Генерального штаба или его заместителя на рабочих заседаниях Ставки, говорить о 
них как о докладах Ставке, Политбюро ЦК партии и ГКО. В пользу такой точки 
зрения свидетельствует, на мой взгляд, сам порядок рассмотрения этих докладов и 
характер принимаемых по ним решений. Я лично считал и считаю такие свои доклады 
как доклады ЦК партии и Ставке. 

Обычно вечером, если я находился в Москве, звонил И. В. Сталин (или его 
секретарь А. Н. Поскребышев) и приглашал прибыть в Центральный Комитет часам к 
20-21. У Верховного Главнокомандующего не существовало особого рабочего 
кабинета. Кабинет Генсека ЦК партии являлся и кабинетом Ставки. Повестка 
доклада предварительно не называлась. Приходилось самому определять, какие 
вопросы кроме общей обстановки на фронтах будут интересовать И. В. Сталина и 
присутствующих у него членов Политбюро и ГКО. Просматриваю материалы, готовлюсь.
 Когда приходил в Центральный Комитет, случалось, что И. В. Сталина интересовал 
какой-то другой вопрос. Но чаще всего обсуждались положение на фронтах и 
вопросы материального обеспечения действующей армии. 

Доклады приходилось делать очень быстро. В них говорилось не только о положении 
на фронтах, но давалась и оценка их действиям, вносились предложения, 
докладывались просьбы военных советов фронтов и предложения Генштаба. 
Протоколов этих заседаний никогда не велось. Но по обсуждаемым вопросам, если 
требовалось, тут же готовились решения, причем оформлялись они, в зависимости 
от содержания рассматриваемого вопроса, постановлением ЦК партии или ГКО, 
директивами Ставки Верховного Главнокомандования. 

Генштаб повседневно держал связь с Политбюро ЦК ВКП(б). Большой круг вопросов в 
работе Генерального штаба, требующих санкции ЦК ВКП(б), решался при участии 
специально прикрепленного к Генштабу члена Политбюро. Я повседневно держал с 
ним связь, обращался к нему за помощью при решении тех вопросов, которые не мог 
решить сам, а также тех, которые не требовали внимания и без того чрезмерно 
перегруженного И. В. Сталина. 

И надо сказать, что эту помощь Генштаб почти всегда получал, особенно часто это 
касалось укомплектования Генштаба соответствующими кадрами, перевод и 
назначение которых требовали санкции ЦК ВКП (б). 

Существенна была помощь Генштабу со стороны Политбюро в скорейшем разрешении 
тех вопросов, с которыми Генштаб вынужден был обращаться, выполняя решения 
Ставки, в соответствующие наркоматы и, конечно, прежде всего в наркоматы, 
ведающие оборонной промышленностью. 

Политбюро было в курсе всех дел Генштаба. Представитель Политбюро принимал 
участие почти во всех заседаниях, проводимых в Генштабе с целью реализации 
принятых Ставкой и ЦК решений, на которые приглашались представители наркоматов.
 Наиболее трудные вопросы выносились на решение Ставки, ЦК ВКП (б). 
Прикрепление Политбюро ЦК одного из членов в помощь Генеральному штабу в период 
Великой Отечественной войны вполне себя оправдало. Значительно упростилась наша