крупные силы русских и сохраняли нашу собственную живую силу и технику. Русский 

принцип вести наступление невзирая ни на какие потери мог бы обернуться против 
них и 
привести к ужасным последствиям{231}. По моему мнению, мы смогли бы, конечно, 
достичь на Восточном фронте стратегического равновесия, и не исключено, что 
разгром 
1917 года{232} мог повториться. Даже после катастрофы под Сталинградом еще 
могла бы 
остаться некоторая надежда на. успех, если бы Гитлер не предпринял рокового 
наступления в районе Курска. 
ГЛАВА XVII 
ОТСТУПЛЕНИЕ С УКРАИНЫ
РОЖДЕСТВО НА УКРАИНЕ
   Накануне рождества 1943 года положение группы армий "Юг" вновь стало 
критическим. Мы узнали, что 24-й танковый корпус потерпел тяжелое поражение, 
что 
русские прорвались в районе Брусилова и теперь развивают прорыв. По имеющимся 
данным, они двигались к Житомиру, и 48-му танковому корпусу была поставлена 
задача 
задержать их продвижение. В день рождества штаб нашего корпуса прибыл в Житомир,
 
забитый автомашинами и тыловыми подразделениями, в том числе и тылами 13-го и 
24-
го корпусов. Мы с трудом проехали по многолюдным улицам и развернули командный 
пункт южнее города. Танковые дивизии 24-го корпуса (8-я, 19-я и дивизия СС 
"Рейх") 
были переданы в наше распоряжение, но никто и понятия не имел, где они 
находятся и 
какие понесли потери. Мы полагали, что их удастся обнаружить где-нибудь в лесах 

восточнее Житомира. Во всяком случае, теперь мы были обязаны определить 
местонахождение этих несчастных дивизий и восстановить фронт. 
   Выполнение нашей задачи осложнялось еще и тем, что в Житомире, где скопилось 

огромное количество войск, царило паническое настроение. Помимо тыловых частей, 
4-я 
танковая армия направила в город артиллерийскую дивизию; в результате на улицах 

города скопилось более 20 тыс. человек и тысячи автомашин. Город напоминал 
настоящую мышеловку, и вот через него-то из-за отсутствия хороших дорог и 
вынуждены 
были проходить наши три танковые дивизии (1-я, 7-я, дивизия СС "Лейбштандарте"),
 
двигавшиеся с севера. 
   С большим трудом и только после принятия генералом Бальком решительных мер 
1-й 
танковой дивизии удалось пройти через город и двинуться на восток для 
соединения с 
остатками 24-го корпуса. Наконец эта дивизия донесла, что ей удалось пробиться 
до 
дивизии СС "Рейх" и штаба 8-й танковой дивизии, но что южнее 19-я танковая 
дивизия и 
часть сил 8-й танковой дивизии были отрезаны крупными силами русских. Спустя 
некоторое время штабу нашего корпуса удалось установить радиосвязь с 19-й 
танковой 
дивизией и передать приказ прорываться в район южнее Житомира, где дивизия СС 
"Лейбштандарте" попытается пробиться ей навстречу. К несчастью, улицы Житомира 
оказались настолько загроможденными, что дивизии "Лейбштандарте" пришлось. 
двигаться вперед со скоростью улитки. 
   Я никогда не забуду этого необычного рождества. Из 19-й дивизии мы приняли 
радиограмму: "Атакован 30 танками противника. Горючего нет. Помогите, помогите, 

помогите!", после чего связь прекратилась. Генерал Бальк заявил, что он не 
будет в такой 
обстановке вводить дивизию "Лейбштандарте", даже если это приведет к потере 
всей 19-
й дивизии. В конце концов после примерно шестичасового тревожного ожидания 
радист 
вручил мне весьма приятное донесение 19-й дивизии: "Отходим на запад, сохраняя 
относительный порядок". 
   26 декабря 19-я танковая дивизия и часть 8-й танковой дивизии соединились с 
дивизией 
"Лейбштандарте" в районе Волицы. Благодаря умелому руководству генерала 
Кельнера и 
полковника фон Радовица они сохранили почти всю технику и даже сумели 
уничтожить 
большое число танков противника. Командование поступило так, как обычно делали 
русские, - войска были направлены не по дорогам, а прямо через лес. 
   Между тем разведка доложила, что крупные силы русских двигаются по