активных штыков{74}. Огромную боль нам причинило то, что большую часть 
тяжелораненых выходившие из окружения не могли взять с собой. Генерал 
Штеммерман 
погиб во время боя. 
Таким образом, нам удалось избавить эти два корпуса от той судьбы, которая 
постигла 6 
армию под Сталинградом. Гитлер и здесь сначала отдал приказ о продолжении 
борьбы в 
котле, однако затем задним числом одобрил приказ группы армий о подготовке к 
выходу 
из окружения. Приказ о самом выходе из окружения был отдан командованием группы 

без предварительного согласования с Гитлером, чтобы исключить возможность 
возражений с его стороны. 
Конечно, при выходе из окружения большая часть тяжелого оружия и орудий 
застряла в 
грязи. Только несколько из них ценой неимоверных усилий войскам удалось взять с 

собой. Вырвавшиеся из котла дивизии пришлось временно отвести в тыл. Вследствие 

этого шесть с половиной дивизий группы армий не принимали участия в боях, что 
еще 
больше осложняло обстановку. Однако это не могло омрачить радости, которую 
доставляло нам удавшееся спасение, по крайней мере, личного состава обоих 
корпусов. 
Для 1 танковой армии и 8 армии теперь оставалась задача снова установить 
прочную 
связь между их участками и при первой возможности выделить танковые части в 
резерв. 
[617] 
После того как я посетил части дивизий, вышедшие из окружения, оперативная 
группа 
штаба снова возвратилась в Проскуров. Этого требовала обстановка на левом 
фланге 
группы армий. 
Ровно 
По изложенным выше причинам командование группы в течение февраля прилагало все 

усилия для того, чтобы помешать окончательному прорыву противника на 
центральном 
участке ее фронта. Тем самым оно предотвратило угрозу окружения находящегося 
еще в 
Днепровской дуге правого фланга группы армий. Затем возникла срочная 
необходимость 
освободить корпуса, окруженные у Черкасс. После того как это удалось, все наши 
мысли 
вернулись к обстановке на северном фланге группы армий. 
Здесь 4 танковая армия занимала в то время даже более или менее сплошной фронт, 

обращенный на северо-восток, от района северо-восточнее Винницы до пункта 
западнее 
маленького города Шепетовка, расположенного примерно в 75 км строго на север от 

Проскурова, где находился штаб нашей группы армий. У Шепетовки оканчивался 
сплошной фронт армии. На фронте шириной около 240 км здесь располагались в то 
время 
только девять слабых, но еще боеспособных дивизий (пять пехотных, две танковые, 
две 
мотодивизии), объединявшихся тремя штабами корпусов. Противник несколько 
ослабил 
свои атаки на участке этой армии, так как он, очевидно, вынужден был дать 
передышку 
своим войскам. Несмотря на это, было ясно, что армия вряд ли сможет упомянутыми 

выше силами отразить наступление превосходящих сил противника. 
Гораздо более опасной для обстановки, создавшейся на фронте группы армий, была, 

очевидно, другая угроза. 
Перед западным флангом 4 танковой армии далеко на север - до южной 
разграничительной линии с группой армий "Центр" - простиралось теперь открытое 
пространство, в котором почти не было немецких войск. Противник рано или поздно 
мог 
начать из этого района глубокий обход 4 танковой армии и тем самым всей группы 
армий. Если северная часть этого большого пустого пространства, Пинские болота, 
и не 
могла использоваться для крупных операций, то следовало учесть, что 
непосредственно к 
северу от участка 4 танковой армии с востока на запад тянулся перешеек шириной 
около 
60 км, через который проходило широкое шоссе из Киева через Житомир на Ровно и