действий ночью и при плохой видимости. Поисковые приемники радиолокатор 
немецких подводных лодок, работающие на волне 1,5 метра, оказались бессильными.

Военный дневник Деница ярко свидетельствует о том, как обеспокоили немецкого 
адмирала эффективность нового английского средства обнаружения и возросшее 
число английских самолетов в восточной части Атлантического океана. В течение 
всей компании Дениц проявил себя весьма способным стратегом. Он умел нащупывать 
слабые места противника и сосредоточивать силу удара там, где была слаба 
оборона. Он надежно удерживал инициативу, а подводные силы союзников неизменно 
отступали.

Во второй половине 1942 года Дениц сосредоточил усилия подводных лодок в 
районах между зонами авиационного [419] прикрытия к югу от Гренландии. Тактика 
немцев состояла в том, чтобы обнаруживать конвои союзников прежде, чем они 
достигнут этих районов, а затем, нанеся им сосредоточенный удар, отводить 
подводные лодки сразу же после появления английской авиации.

К осени у Деница было достаточно подводных лодок, чтобы позволять "стаям" 
атаковать по своей инициативе, когда предоставлялась возможность.

Начиная с июля активность подводных лодок возросла, в ноябре они потопили 119 
судов водоизмещением 729 тыс. т. впрочем, большую часть этих судов, плавающих 
без охранения, подводные лодки перехватили у берегов Южной Африки или Южной 
Америки.

Потребность в охранении особенно возросла при подготовке и проведении операции 
"Торч" — высадки англо-американских войск в северо-западной Африке. Операция 
проводилась осенью. Пришлось временно приостановить отправку конвоев в 
Гибралтар, Сьерре-Леоне и Арктику. Новые силы охранения понадобились тоже для 
сопровождения конвоев из войсковых транспортов, на которых перевозились 
американские войска из Исландии в Англию. Для охранения этих быстроходных 
конвоев на каждые три восковых транспорта придавалось, по крайней мере, по 
четыре эсминца.

Исключение составляли два гигантских (водоизмещением 80 тыс. т0 лайнера "Куин 
Мэри" и "Куин Элизабет", переоборудованных в войсковые транспорты, чтобы 
перевозить по 15 тыс. человек и более. Их скорость, свыше 25 узлов, была 
слишком велика для эсминцев, которые сопровождали их лишь в начале и конце пути.
 Такие гигантские лайнеры могли обеспечить свою безопасность только благодаря 
скорости хода, умелому маневрированию и правильному выбору маршрутов. Эта 
рискованная политика оказалось настолько успешно, что ни одной подводной лодке 
так и не удалось перехватить лайнеры во время многочисленных трансатлантических 
переходов, начавшихся с августа.

Вообще говоря, масштабы охранения силами флота и авиационного прикрытия ни в 
какое сравнение не шли с темпами роста производства подводных лодок. Каждый 
месяц вступало в строй в среднем около 17 подводных лодок, и к концу 1942 года 
действовало около 212 лодок из 393 (в начале войны действовала 91 подводная 
лодка из 249). За это время было уничтожено 87 немецких и 22 итальянских 
подводных лодки. Темпы же ввода в строй новых подводных лодок были гораздо выше.


В течение года подводные лодки стран оси потопили во всех водах 1160 судов 
общим водоизмещением 6266 тыс. т, а [420] общие потери составили 1664 судна 
водоизмещением свыше 7790 тыс. т.

Хотя тоннаж судов, введенных в строй союзниками, составил около 7 млн. т, все 
равно дефицит увеличился почти на 1 млн. т. Импорт Англии за этот год упал ниже 
34 млн. т. Особенно угрожающе снизились, в частности, запасы топлива для 
торговых судов — до 300 тыс. т, тогда как месячная потребность составляла 130 
тыс. т. Недостаток можно было восполнить из резервных запасов военно-морских 
сил, но к этому следовало прибегнуть лишь в случае крайней необходимости.

Когда в январе 1943 года в Касабланке, на побережье Марокко, собралась 
конференция союзников для определения дальнейшей стратеги, ее участников весьма 
серьезно встревожила проблема тоннажа торгового флота. Вторжение в Европу 
обещало эффект лишь в том случае, если будет ликвидирована угроза со стороны 
подводных лодок и выиграна битва за Атлантику. Битва за Атлантику приобрела 
такое же решающее значение, как и битва за Англию в 1940 году. Исход зависел 
прежде всего от того, какая из сторон сможет дольше выдержать в материальном и 
психологическом отношении.

На ход борьбы повлияли и перемены в командовании. В ноябре адмирал Ноубл был 
назначен главой английской военно-морской миссии в Вашингтоне и стал английским 
представителем в объединенном англо-американском штабе. За двадцать месяцев 
пребывания в должности командующего западным военно-морским округом он многое 
сделал для усовершенствования мер противолодочной борьбы и для поддержания 
боевого духа команд охранения и экипажей самолетов, постоянно проявляя 
понимание их проблем и установив с ними тесный личный контакт. Его преемника 
подобрали удачно. Им стал адмирал Хортон. С начало 1940 года он командовал