волны десанта благополучно достигли берега. Когда обороняющиеся открыли 
организованный огонь, уже достаточно рассвело, и американская корабельная 
артиллерия подавила береговые батареи. Но на плацдарме высадки и при его 
расширении возникли новые затруднения из-за неопытности н неорганизованности 
армейских отрядов обеспечения высадки, так что Паттону пришлось перенести свою 
яростную критику на собственные войска и свой вид вооруженных сил, и войска, и 
десантно-высадочные средства были перегружены. Хотя наступление на Касабланку 
началось на второй день и не встретило серьезного сопротивления, оно быстро 
остановилось из-за перебоев в снабжении: груды припасов были сложены на берегу, 
их не сумели доставить наступающим боевым частям. На третий день продвижение 
было незначительным, а сопротивление усилилось. Перспективы стали довольно 
мрачными.

Положение оказалось бы еще более серьезным, если бы в первый, же день не была 
ликвидирована угроза со стороны французского флота. Сражение при Касабланке 
протекало в старомодном духе. Оно началось около 7.00. Батарея береговой 
обороны с мыса Эль-Ханк и орудия линкора "Жан Бар" из порта (это был новейший 
французский линкор, но еще не закопченный и не способный сдвинуться с места у 
причала) открыли огонь по группе прикрытия контр-адмирала Джиффена, в которую 
входили линкор "Массачусетс", два тяжелых крейсера и четыре эскадренных 
миноносца. Американские корабли не получили прямых попаданий, хотя было 
несколько близких разрывов. Их ответный огонь оказался достаточно эффективным, 
чтобы на время заставить замолчать батарею Эль-Ханка и артиллерию "Жана Бара". 
Однако американцы так увлеклись этой перестрелкой, что забыли о поставленной 
перед ними задаче не выпускать из порта другие французские корабли. В итоге 
[353] к 9 часам один легкий крейсер, семь эсминцев и восемь подводных лодок 
ускользнули. Эсминцы направились к Федале, где легкую добычу представляли 
американские транспорты. Однако эсминцев заставили отступить тяжелый крейсер, 
легкий крейсер и два эсминца, которые получили приказ адмирала Хьюитта 
перехватить французские корабли. Затем по приказу Хьюитта вышла группа 
прикрытия с задачей отрезать им путь отхода. Благодаря искусному 
кораблевождению, умелому применению дымовых завес и беспокоящим действиям 
подводных лодок французам удалось выдержать сокрушительный шквал 
сосредоточенного огня. Они потеряли только один эсминец. Затем французы 
предприняли еще одну смелую попытку прорваться в район расположения транспортов.
 Однако во втором бою был потоплен еще один эсминец, и только один из восьми 
французских кораблей вернулся в порт без повреждений. В порту были потоплены 
еще два корабля, а остальные получили новые повреждения при бомбардировке.

И все же результат не был решающим. Батарея Эль-Ханка и 15-дюймовые орудия 
"Жана Бара" ожили вновь, а американские корабли израсходовали столько 
боеприпасов, что могли оказаться не способными отразить возможную атаку 
французских кораблей, базировавшихся в Дакаре.

К счастью, обстановка в Касабланке и на всем Атлантическом побережье коренным 
образом изменилась вследствие благоприятного развития политических событий в 
Алжире. К концу дня генерал Ногес окольным путем узнал, что местные французские 
власти во главе с адмиралом Дарланом отдали 10 ноября приказ о прекращении 
боевых действий. Ногес поспешил воспользоваться этим непроверенным сообщением и 
приказал своим подчиненным командирам прекратить активное сопротивление в 
ожидании перемирия,

Американская высадка в Оране встретила более упорное сопротивление, чем 
Западное оперативное соединение ВМС в районе Касабланки. Американцев выручило 
исключительно хорошо организованное совместное планирование и взаимодействие 
между американским войсковым оперативным соединением и английскими 
военно-морскими силами, на кораблях которых был доставлен десант. К тому же 
американская 1-я пехотная дивизия под командованием генерал-майора Аллена была 
отлично подготовленным соединением и ее поддерживали части 1-й бронетанковой 
дивизии.

План предусматривал захватить порт и город Оран двойным охватом: два усиленных 
полка высаживались на берег в заливе Арзев, в 24 милях к востоку, а третий — в 
районе Лез-Андалуза, [354] в 14 милях к западу от города. Затем одна колонна 
должна была двинуться в глубь территории с плацдарма у залива Арзев, а другая — 
с более удаленного пункта высадки в районе Мерса-БуЗеджара, в 30 милях к западу 
от Орана, с задачей захватить аэродромы южнее Орана и завершить окружение 
города с тыла. Быстро окружить город было тем более важно, что, как 
предполагали, гарнизон города, насчитывавший около 10 тыс. человек, мог быть 
почти удвоен за сутки за счет подкреплений из других гарнизонов.

Операция началась хорошо. С наступлением темноты 7 ноября конвой, чтобы ввести 
противника в заблуждение, проследовал мимо Орана на восток, а ночью повернул 
обратно. Высадка в заливе Арзев началась точно вовремя (в 1.00), а в 
Лез-Андалузе и Мерса-Бу-Зеджаре — с опозданием лишь на полчаса. Внезапность 
оказалась полной, и на побережье не было встречено никакого сопротивления. Этот 
участок прикрывали 13 батарей береговой обороны, но до рассвета они не вели 
огня, а потом причинили весьма незначительный ущерб благодаря эффективной 
поддержке флота и постановке дымовых завес. Высадка и выгрузка прошли в общем 
гладко, хотя и относительно медленно из-за того, что каждому солдату пришлось