| |
Гоген, которого он просил объясниться *, ответил, еле сдерживая гнев.
"Еще до моего
отъезда, - писал он Шуффу, - Вы, как дурак, подпали под влияние этого змееныша.
Сегодня
дело обстоит куда серьезнее. Что я могу ответить Вам на эту клевету? Ничего.
Если бы меня
просил об этом другой человек, я высмеял бы его и послал к черту, но, поскольку
речь идет о Вас,
я страдаю, потому что страдаете Вы". Однако эти слова не могли полностью
успокоить Шуффа.
"Одно обстоятельство в этом деле остается для меня неясным. Как бы ни свихнулся
Бернар, как
бы ни обезумел от ненависти к Вам, откуда ему могло прийти в голову такое
чудовищное
обвинение? Если Вы не против, мы с Вами поговорим об этом при встрече" **.
Гогена глубоко задело обвинение Бернара ***. Он был в ярости на
"очаровательного
юнца". "Я встречал в своей жизни многих сволочей, но худший из всех маленький
Бернар. Шагу
нельзя сделать, чтобы не наступить в оставленное им дерьмо. Он... на всех
углах". А в июне
Бернар опубликовал в "Меркюр" новую статью, в которой неистовствовал против
Гогена: "Факты
неоспоримо подтвердили мне, что Гоген воспользовался частью, притом наибольшей,
моих
усилий, так что я не могу это отрицать".
Тут Гоген не выдержал и разразился язвительной статьей, в которой
начертал творческий
путь своего бывшего бретонского друга.
"В чем состоят его пресловутые поиски в искусстве, - спрашивал он. - В
чем они
выразились?.. Эх, господин Бернар, чем писать статьи, пытаясь создать себе
индивидуальность,
какой у Вас никогда не будет, пишите-ка лучше картины с последовательностью во
взглядах и не
давайте повода целому поколению художников, следящих за Вами с Ваших первых
шагов в Понт-
Авене, считать Вас шарлатаном. И в особенности не нападайте на Вашего
наставника. А что Вы
его таковым считали, свидетельствует посвящение: "Полю Гогену, мужественному и
безупречному наставнику и пр. Бернар". Тем более, что тот не дает себе труда
Вам
отвечать, разве
что своими произведениями, всегда имеющими между собой нечто общее, несмотря на
незначительные вариации, которые художник, стремящийся к совершенствованию,
всегда вносит
в каждое произведение".
Эти мстительные заметки по неизвестным причинам остались неизданными"
****.
* Эти письма опубликованы Урсулой-Франс Маркс-Ванденброук в ее
диссертации о Гогене.
** Он сам вспоминал об этом инциденте несколько лет спустя в "Прежде и
потом".
*** "Со стороны человека, обладающего Вашим характером, Вашей
жестокостью, никакой
безжалостный поступок меня не удивит, но я никогда бы не поверил, что человек
Вашего таланта способен
совершить низость", - писал Шуфф в неопубликованном черновике письма к Гогену.
**** Впоследствии они были опубликованы Анри Дорра в "Газет де боз-ар" в
апреле 1955 года.
В разгар всех этих огорчений Гоген упорно искал возможности осуществить
свой план и
уехать на острова. Он хлопотал о должности резидента в Океании, но безуспешно.
Рассчитывать
приходилось только на свою живопись.
Гоген продал несколько картин владельцу кафе "Варьете" Огюсту Боши,
большому другу
художников и страстному коллекционеру. 20 июля Боши должен был заплатить ему
две
тысячи
шестьсот франков. Кроме того, небогатый торговец картинами Тальбум, с которым
Гогена
познакомил Морис, должен был через год, в мае, выплатить ему восемьсот франков
|
|
