, с. 3—34. Третий литературно обработанный вариант русской сказки типа
465 А
был издан в 1838 г. (
Бронницын
, № 3), четвертый — в 1843 («Москвитянин», № 4, с. 389—394) и перепечатаны 
Афанасьевым в Примечаниях к его сборнику — тексты № 567 и 568 настоящего 
издания. В его сборнике представлено весьма замечательное многообразие народных 
русских вариантов трех между собою связанных основных типов сказок о 
красавице-жене —
AT 465 A
(тексты № 212—215, отчасти № 313, 314),
AT 465 B
(тексты № 216, 217) и
AT 465 C
(тексты № 214—216). Исследования:
Новиков
, с. 152—154 и отчасти с. 131—132; 219—239. Текст № 212 отличается 
обстоятельностью разработки, характерной для русских сказок этого типа, но ни в 
одном из русских вариантов они не представлены так полно. Традиционный для 
восточнославянских сказок тина
465 A
и встречающийся в некоторых неславянских, например, башкирских, вариантах 
эпизод обмена невидимки на чудесные предметы и возвращения невидимки напоминает

- 408 -

сказки о сумке, шляпе и рожке (
AT 569
— см. текст № 270) и, вероятно, восходит к таким сказкам.

В сносках Афанасьева к тексту даны фрагментарно варианты. К словам «сидит на 
дереве горлица» (с. 108) — вариант: «вышел на взморье и видит: плавает на воде 
одна сера утица».
К словам девицы «Умел ты меня достать, умей и жить со мною...» (с. 108) дан 
вариант: «Умел ты достать меня, теперь женись на мне: я ведь не сера утица, а я 
— королевская дочь».
К словам «два неведомых молодца» (с. 108) — вариант «два духа».
К словам «олень золотые рога» (с. 110) — вариант: «на том острове ходит 
кобылица с двенадцатью жеребятами».
К первому совету бабы-яги (с. 112) — вариант: «пусть пошлет он стрельца на 
конец погибели, где живет Шмат-разум».
К имени «Шмат-разум» (с. 114) — вариант: «Урза-мурза».
После слов «он посадил ее в банку и отправился в обратный путь» (с. 115) 
приведен вариант предыдущих эпизодов сказки: «Простился стрелец со своей женою, 
пустил клубочек перед собою и пошел вслед за ним. Близко ли, далеко ли, скоро 
ли, коротко ли, приходит на чистое поле, смотрит — стоит избушка на курячьей 
ножке. Он клубочек в карман спрятал и говорит: «Избушка, избушка! Стань ко мне 
передом, а к лесу задом». Избушка поворотилась к нему передом; перешагнул через 
порог — в избушке старуха сидит. «Здравствуй, бабушка!» — «Здравствуй, добрый 
человек! Как бог занес в нашу сторону — по воле, аль по неволе?» — «По неволе, 
бабушка! Послал меня король: пойди, говорит, туда — не знаю куда, принеси то — 
не знаю что». — «Ну, молодец, я сколько на свете живу, а про это еще не 
слыхивала». Взял стрелец кувшин с водою, умылся с дороги, вынул свое полотенце 
и стал утираться. Увидела старуха и спрашивает: «Послушай, добрый человек, 
откуда добыл это полотенце? Ведь это работа моей племянницы». — «Твоей 
племянницы, а моей богоданной жены». — «Где же она, голубушка?» — «Дома 
осталась, жива и здорова, велела тебе поклон снести». Старуха обрадовалась, 
накормила, напоила его и говорит: «Ну, друг, пойдем со мною, я соберу для тебя 
всех моих подданных и стану выспрашивать: авось на твое счастье кто-нибудь да 
ведает, куда и зачем послал тебя король». Вышли они на двор, старуха крикнула 
громким голосом, молодецким посвистом — собирались к ней птицы: сколько есть в 
белом свете, все прилетели. «Птицы перелетные! Кто из вас ведает — научите, как 
дойти туда — не знаю куда, принести то — не знаю что». Ни одна птица про то и 
не слыхивала. Пошел стрелец дальше, заходит к другой старушке — та собирает 
зверей, спрашивает у них. Звери тоже ничего не ведают. Стрелец опять в дорогу, 
заходит к третьей старушке и рассказывает ей свое горе. Старуха вышла на двор, 
крикнула громким голосом, молодецким посвистом — сползлись к ней гады всякого 
звания: и змеи шипучие, и лягушки скакучие; столько налезло их, что и ступить 
негде! Ни один гад не ведает, куда и зачем послал король доброго мо?лодца. Вот 
старуха взяла именной список и стала перекличку делать — все ли на месте? Все 
гады на месте, только одной лягушки нет; сейчас послали гонцов ее разыскать. Не 
прошло и часу, как тащат лягушку о трех ногах. «Где ты, шельма, пропадала?» — 
«Виновата, государыня! Я изо всех сил торопилась, да со мной на дороге 
несчастье приключилось: ехал мужик на телеге, наехал на меня колесом и отдавил 
ногу; насилу могла добраться до вашей милости». — «Ведомо ль тебе, как дойти 
туда — не знаю куда, принести то — не знаю что?» — «Пожалуй, показать дорогу 
можно, только у, как далеко туда! Мне туда ни за что не допрыгать». Стрелец 
взял лягушку, завязал в платок и понес в руке; сам идет, она путь указывает. 
Шел, шел, до синя моря дошел, переплыл на лодочке на другую сторону, видит — 
палаты, стоят, он туда — и спрятался за печку. Ровно в полночь приходят в