| |
спрашивает королевич. Отвечают охотники: «Давайте, ваше высочество, разведем
огонь под деревом; поневоле выскочит!» Только было хотели огонь разводить, как
раздался из дупла человеческий голос: «Провославные христиане! Здесь не зверь,
а красная девица». — «А ну, покажись!» Купеческая дочь вылезла из дупла; одежда
на ней давно расползлася, из-за тряпья голое тело виднеется. Королевич
расспросил ее: из какого она царства и чьих родителей? Привез в свой дворец и
нарядил в драгоценное платье: то была хороша, а теперь вдвое краше стала! Много
ли, мало ли прошло времени — начали король и королева замечать, что их
наследник совсем переменился: прежде был завсегда веселый, говорливый и такой
бедовый охотник, а тут сделался грустный, молчаливый, про охоту и не напоминает.
«Что, сынок, не весел?» — спрашивает его мать. — Аль тебе недостает чего в
нашем царстве? Али жениться надумал? Скажи нам; можем мы тебе высватать у
любого короля дочь — прекрасную королевну!» — «Любезная матушка! Не надо мне
никакой королевны; есть у меня нареченная невеста; если не позволите на ней
жениться, то я повек холостым остануся». — «Кто ж она такая, и где ты видел
ее?» — «А ездил я, матушка, на охоту и нашел ее в дубовом дупле; нареченная моя
невеста — из одного царства дочь купеческая и живет теперь у меня во дворце». —
«Ах, сынок, что же это ты выдумал? Ведь если женить тебя на этой девице — с нас
все цари и царевичи, короли и королевичи будут смеяться; вот скажут: не нашли
лучше невесты, женили своего любимого сына на какой-то побродяге!» — «Пожалуй,
и смеяться будут, — отвечает королевич, — а завидовать — вдвое больше». Привел
он купеческую дочь к отцу, к матери: как увидали они красоту ее неописанную,
сами обрадовались и благословили королевича на ней жениться. Жили они в любви и
совете год, и другой, и третий; собралась молодая королевна к родному отцу в
гости. Отпустил ее королевич и дал в провожатые генерала и роту солдат. Дорогою
захотелось королевне роздых сделать; остановилась в чистом поле, приказала
разбить палатку и легла почивать; возле королевниной палатки часового поставили.
Ночью будит часовой королевну: «Ваше высочество, вставайте скорей; я
заподлинно знаю, что генерал вашей красоте позавидовал и теперь собирается или
злой смерти предать или с вами грех сотворить. Надевайте мою шинель, берите
ружье в руки и становитесь на часах; а я заместо вас на постель лягу».
Сказано-сделано. Стоит королевна на часах; вдруг идет генерал. «Кто идет?» —
окликивает королевна. «Генерал». — «Не извольте ходить в палатку; королевна
спать легла». — «Нет, братец, мне очень нужно; сейчас курьер с секретной
бумагою прискакал». Вошел в палатку и начал к солдату приставать: думает, что
королевна. «Прочь, бездельник!» — закричал солдат и дал ему пощечину; генерал
выхватил свою саблю и отсек ему голову; после того выкопал яму, зарыл убитого и
пошел спать. Тогда королевна бросила ружье и побежала окольными дорогами в тот
город, где ее отец проживал; прибежала туда, нарядилась поваром и пошла искать
работы. А генерал распустил слух, будто королевна связалась с часовым и убежала
с ним ночью неведомо куда...»
К словам «кто меня перебьет, того чумичкой в лоб» (с. 107) — вариант: «кто
скажет мне: неправда — тому сто плетей в спину».
157
Яруги
— овраги, лощины, буераки (
Ред
.).
158
Место записи неизвестно.
AT 465 A
(«Пойди туда, не знаю куда»). Сказки о красавице-жене распространены главным
образом в странах Восточной Европы, но в
AT
учтены и варианты, записанные в Ирландии, в Америке (на испанском и французском
языках) и в Турции, Индии, Китае. Русских вариантов — 76 (из них 8 в сборнике
Афанасьева), украинских — 8, белорусских — 7. Подобные сказки имеются и в
сборниках фольклора неславянских народов СССР — латвийских (
Арайс-Медне
, с. 72), башкирских (
Бессонов. Башк. с.
, № 27;
Башк. творч.
, I, № 94—96), казахских (библиографические указания в примечаниях к монографии
С. А. Каскабасова. Казахская волшебная сказка. Алма-Ата, 1972). Первые русские
публикации в лубочных сборниках:
Лекарство
.., с. 152—188;
Ск. дедушки
|
|
