Мишку иной зверь и тоже не сумел увернуться: Мишка ожил, а он ноги протянул. И 
вот так-то прыгали звери один за другим, и дошла, наконец, очередь до лисы; она 
всех ловчей, всех увертливей — как прыгнула, зуб не поспел за нею и вонзился в 
зеленый дуб; в ту же минуту засох дуб сверху донизу!»



108

Т. е. по третьему году.



109

Записано в Оренбургской губ.

AT 315.
Присказка об Антоне и Агафоне имеет литературный источник — басню А. Е.
 Измайлова «Два крестьянина и облако». Не только в этом, но и в ряде других 
восточнославянских вариантов сюжета неверная сестра или мать посылает героя не 
за звериным молоком, а за яблоками, растущими в саду, «где не миновать смерти» 
(ср. текст № 206). Троекратное связывание брата неверной сестрой тоже относится 
к традиционным мотивам таких восточнославянских сказок. Из не обычных для них 
эпизодов отметим: разбойники берут в плен царевну, она сносит саблей голову 
атаману разбойников.

После слов «идучи по лесу, грибов наберу» (с. 80) Афанасьев указал вариант 
начала сказки, записанный в Архангельской области: «В некоем царстве, в некоем 
государстве жил-был старик; у него было два сына: Федор да Иван, а третья — 
дочь. Стал старик помирать, стал отказывать все свое добро старшему сыну: ему и 
дом, и соха, и борона. «Чем же нам с сестрой жить?» — спрашивает Иван. Старик 
глянул на них и сказал: «Ах, дети любезные, я про вас и забыл: только теперь 
все уж отказано, осталась одна старая баня; возьмите ее в наделок. Ты, Иван, на 
ногу скор, по сту верст в час ходишь; так своим счастьем и живи и сестру корми».
 Помер старик; перешли они на житье в баню. Поутру вставали ранешенько, 
умывались белешенько; говорит сестра Ивану: «Брат! Что мы есть будем? Видно, 
умирать нам с голоду — ведь у нас ни хлеба, ни денег!» — «Не тужи, сестра! Коли 
я буду жив, будешь и ты сыта. Вот я пойду в лес, нагну полозьев да продам в 
городе — у нас и хлеб будет». — «Спасибо, братец! Пока ты в лесу сходишь — я с 
голоду помру». — «Полно, сестра! Сегодня же я к обеду вернусь». — «Как бы не 
так! Самый близкий лес — верст полтораста от нас будет...» — «Правое слово, к 
обеду вернусь; тогда увидишь!» Пошел Иван к соседу, выпросил веревку и зашагал 
так скоро, что в один час сто верст отхватал, да еще половину того в полчаса. 
Пришел в дремучий лес и ну дубы ломать — топора-то с собой не было; который дуб 
возьмет за верхушку да пригнет к земле — тот и в дело готов; в короткое время 
столько наломал, что на трех возах не увезти; опутал веревкою, взвалил за плечи 
и понес в город, продал на чистые денежки и в обеденную пору домой поспел. На 
другой день собрался Иван в лес и говорит сестре: «Дай-ка мне бурак, пойду в 
лес — грибков наберу».
Вариант описания первого разбойничьего дома (с. 80): «В одной комнате обрезы 
вина поставлены, по краям ковши навешаны. Иван увидал и давай прикладываться: 
всё по ковшику да по ковшику, и напился допьяна; вышел на двор, взял прут в 
девяносто пуд, сел на бурак и попевает песенки. Едут из Украйны разбойники — 
бежит сто лошадей, на каждой на лошади сидит по мо?лодцу, все с ружьями, пиками,
 саблями острыми. Въехали во двор, дуван раздуванили (разделили добычу), а 
Ивану ничего не дали. «Что ж вы меня обходите? — говорит Иван. — Вы должны 
гостя чествовать». — «Погоди, сейчас станем потчевать!» — отвечают разбойники; 
а им гость тот куда нелюб! Бегут к нему с ружьями, с пиками, с саблями острыми, 
хотят по частям разнести. Иван поднял прут в девяносто пуд, махнул раз, другой, 
третий и перебил всех разбойников; только один есаул убежал да где-то 
спрятался».
После слов «нарвал полну котомку яблок» (с. 81) дан вариант: «Пошел дурак в лес 
за грибами и заблудился; плутал, плутал и выбрался, наконец, на поляну. На 
поляне дом стоит. «Чем в лесу ночевать, лучше в дом пойду; не ровен час — звери 
разорвут». Входит в дом, а там лежит старый-старый дед. «Здравствуй, старина!» 
— «Здравствуй, младой юноша! Что ходишь по? лесу, али есть нужда великая!» Он 
ему про все рассказал. «Ну, хорошо, что ты пришел! Тебя сам бог послал. 
Оставайся у меня; видишь, я при смерти лежу. Как помру, похорони мои кости; а 
этот дом и все богатство мое возьми себе; живи да меня поминай! Да в придачу 
отдаю тебе трех собак; береги их пуще глаза своего; они от беды тебя выручат!» 
На другой день старик помер; дурак похоронил его кости, написал к сестре письмо,
 чтоб тотчас к нему приходила в такое-то место, и послал письмо с собакою. 
Собака наскоро побежала к его сестре, отдала ей письмо и привела ее самоё к 
брату. Стали они на новоселье жить. Раз пошел дурак на охоту, а к сестре 
прилетел трехголовый змей; завелись у них шуры-муры! По его наученью хитрому 
притворилась сестра больною, стала говорить брату: снилось-де ей во сне, что 
недалече от их двора есть сад, в том саду могила, на могиле сидит седой старик 
и продает яблоки белого налива; те яблоки всякую болесть вылечивают. Дурак 
тотчас собрался и пошел искать старика: приходит в сад — и впрямь, сидит на