Некоторые же из сказок я поместил в переводе в журналах, разумеется, с 
обозначением моего источника. Было бы очень желательно, чтобы Вы позволили 
перевести всю книгу на немецкий язык, и я попросил бы Вас на этот случай 
указать Ваши условия»
[968]
.


В 1867 г. во время славянского съезда в Москве Афанасьев познакомился, а затем 
обменивался дружескими письмами с А. Патером. В. Р. Ролстон лично посетил 
Афанасьева в 1870 г. на его московской квартире. Об этой встрече он рассказал 
так: «Я провел с ним очень короткое время в его совершенно русском доме, 
стоявшем посреди такого обширного двора (даже можно сказать пустыря), что легко 
можно было подумать, будто находишься в деревне, а не в столичном городе. 
Комната его со всей ее обстановкой была именно в таком роде, в каком можно было 
надеяться встретить в доме такого истинного ученого — повсюду книги и везде 
следы и указания на литературный труд. Да и самою личностью своей он выражал 
идею высокого труженика, труженика не из материальных выгод, но из сердечной 
любви к своему предмету и из благородного желания извлечь из тьмы и вывести на 
свет литературные сокровища, так долго скрывавшиеся в малочитаемых хрониках и 
других неизвестных памятниках, или же кроющиеся в памяти народа, к которой 
ученые обращаются еще менее. В то время, как я его видел, он казался 
исполненным жизни и сил; в его наружности не было никаких признаков слабости 
или недуга, которые бы грозили ему смертью»
[969]
.


Осенью в год посещения его Ролстоном Афанасьев заболевает чахоткой. Летом 
следующего года он предпринимает лечебную поездку на кумыс под Самару, а через 
два месяца по возвращении в Москву, 23 сентября 1871 г. умирает. Похоронен А. Н.
 Афанасьев в Москве на Пятницком кладбище рядом с могилами Т. Н. Грановского, М.
 С. Щепкина, Станкевича, Кетчера, Коршей. В 1874 г. на его могиле на собранные 
по подписке деньги воздвигнут памятник работы скульптора В. С. Бровского
[970]
.


Современники Афанасьева, все, кто коротко был знаком с ним, высоко отзывались о 
его личных качествах как человека и ученого. Подчеркивалось его огромное 
трудолюбие и исключительная работоспособность, неподкупная честность, 
преданность науке, принципиальность и твердость убеждений, независимость 
суждений. Высокий ум сочетался в нем, как свидетельствует автор одного из 
некрологов (П. Бартенев?), с редкими душевными качествами — прямодушием, 
остроумием и веселостью, что позволяло ему быть «душою общества». При этом, — 
дополняет автор, — Афанасьев, был «не всегда, может быть, осторожный, иногда 
чересчур горячий и невоздержанный на язык»
[971]
. Известие о кончине А. Н. Афанасьева было помещено, еще до появления 
некрологов в русской печати, в английском журнале. Автором его был Ролстон. Он 
писал: «Несколько недель тому назад русская литература лишилась одного из 
наиболее достойных своих деятелей. Преждевременная смерть Афанасьева оставила в 
рядах славянских ученых пробел, не легко пополняемый ... В специальной области 
его деятельности его никто не превосходил. Как собиратель и комментатор русских 
народных сказок он не имел соперников, и никто не сделал для общей пользы так 
много, как он»
[972]
.


И. С. Тургенев в письме к А. А. Фету от 8 января 1872 г. горестно размышлял: 
«Недавно А. Н. Афанасьев умер буквально от голода, а его литературные заслуги 
будут помниться, когда наши с Вами, любезный друг, давно уже покроются мраком 
забвения»
[973]
.

* * *

Любовь к народным сказкам побудила Афанасьева к их собиранию и изданию. Мысль 
взяться за это кропотливое, трудоемкое и еще мало кем изведанное дело 
окончательно созрела у него в самом начале 50-х годов в связи с его разработкой 
и последующей публикацией статей по славянской мифологии, в значительной 
степени основанных на привлечении фольклорно-этнографических материалов, в том 
числе сказок. Именно тогда он мог на собственном опыте убедиться в крайней 
скудости и малой пригодности такого рода печатных материалов
[974]
и необходимости их собирания и издания с научными целями. Собственно в этом 
направлении работала мысль не только одного Афанасьева. В эти же годы 
предпринимались и практические шаги по записи народных русских сказок, прежде