ногами затопала и зычным голосом крикнула: «Какой негодяй здесь был? Мой квас 
пил, ничем не покрыл». Вскочила на свою быстролетную кобылицу и ударилась в 
погоню за Иваном-царевичем: кобылица бежит, земля дрожит! Догнала доброго 
мо?лодца, ударила мечом и прямо в грудь угодила. Упал царевич на сырую землю; 
ясные очи закрываются, алая кровь запекается. Глянула на него красная де?вица, 
и взяла ее жалость великая: другого такого красавца во всем свете поискать! 
Приложила к его ране свою руку белую, омочила целющей водой — и вдруг рана 
заживилася, и встал Иван-царевич здрав-невредим. «Возьмешь меня замуж за себя?» 
— «Возьму, красная де?вица!» — «Ну, поезжай домой да жди меня через три года».
Иван-царевич простился со своей нареченной невестою и стал путь продолжать. 
Подъезжает к своему царству, а старшие братья везде караулы поставили, чтоб его 
до отца не допустить. Караулы тотчас дали знать, что Иван-царевич едет; старшие 
братья встретили его на дороге, напоили допьяна, отняли пузырьки с целющей 
водою, а его самого в пропасть бросили. Очутился Иван-царевич на том свете...




№174
[813]



Жил да был царь; у царя было три сына: Федор, Егор да Иван; Иван был не совсем 
умен. Посылает царь старшего сына по живую воду, по сладкие моложавые яблоки; 
он поехал и доезжает до росстанья
[814]
. Тут столб стоит, на столбе роспись: вправо идти — попить да поесть, влево 
идти — головушку погубить; он поехал вправо и приезжает к дому; заходит в избу, 
а тут де?вица говорит ему: «Федор-царевич! Ложись со мной спать». Он лег; она 
взяла да и спихнула его неведомо куда. Царь, не дождавшись его долго, другого 
сына посылает. Этот поехал и до того же места приезжает; входит в избу. Де?вица 
и этого так же уходила. Царь посылает третьего сына: «Поезжай ты!»

Младший сын поехал, доезжает до того же росстанья и говорит: «Для отца поеду 
голову губить!» — и поехал влево; доезжает до избушки, входит туда, а в избушке 
ягишна — сидит за пряслицей, прядет шелкову кудельку на золотое веретенце и 
говорит: «Куда, русска коска Иван-царевич, поехал?» Он отвечает: «Напой-накорми,
 тожно все расспроси». Она напоила-накормила и спрашивает; он говорит: «Я 
поехал по живую воду, по сладкие моложавые яблоки — туда, где живет Белая 
Лебедь Захарьевна». Ягишна говорит: «Едва ли достанешь! Разве я помогу», — и 
дает ему своего коня. Он сел и поехал; доезжает до другой сестры ягишны. Взошел 
в избу, она ему говорит: «Фу-фу, русской коски слыхом было не слыхать, видом не 
видать, а ныне сама на двор пришла; куда, Иван-царевич, поехал?» Он отвечает: 
«Прежде напой-накорми, тожно расспроси». Она напоила-накормила его; он и 
говорит: «Я поехал добывать живую воду, сладкие моложавые яблоки — туда, где 
живет Белая Лебедь Захарьевна». — «Едва ли достанешь!» — сказала баба и дала 
ему своего коня.

Царевич поехал до третьей ягишны; входит в избу, та говорит: «Фу-фу, русской 
коски слыхом было не слыхать, видом не видать, ныне русская коска сама на двор 
пришла; куда, Иван-царевич, поехал?» — «Прежде напой-накорми, тожно расспроси». 
Она напоила-накормила его; он и говорит: «Я поехал по живую воду, по сладкие 
моложавые яблоки». — «Трудно, царевич! Едва ли достанешь». Потом дает ему 
своего коня, семисотную палицу и наказывает: «Когда станешь подъезжать к городу,
 то ударь коня палицей, чтобы он перескочил за симу?
[815]
». Так он и сделал: перескочил за симу?, поставил своего коня к столбу и идет в 
палаты Белой Лебеди Захарьевны. Слуги его не пускают; а он сквозь пробивается: 
«Я, — говорит, — Белой Лебеди записку несу». Добился до покоев Белой Лебеди 
Захарьевны; в то время она крепко спала, на пуховой на постели разметалася, а 
живая вода стояла у ней под зголовьем. Он взял воды, поцеловал девицу и пошутил 
с ней негораздо; потом, набравши моложавых яблоков, поехал назад. Конь его 
скочил чрез симу? и задел за край. Вдруг зазвенели все колокольчики, все 
прозвончики, весь город пробудился. Белая Лебедь Захарьевна забегалась — ту 
няньку бьет, другую колотит, кричит: «Вставайте! Кто-то в доме был, воды испил, 
колодезь не закрыл».

Между тем царевич пригнал к первой ягишне, переменил лошадь; а Лебедь 
Захарьевна за ним гонится, приехала к той ягишне, у которой царевич только что 
коня сменил, и спрашивает: «Куда ты ездила? У тебя лошадь потна». Та отвечает: 
«Ездила в поле скота выгонять». Иван-царевич переменил у второй ягишны коня; а 
Лебедь Захарьевна вслед за ним приезжает и говорит: «Куда, ягишна, ездила? У 
тебя лошадь потна». — «Я ездила в поле скота выгонять, оттого у меня лошадь 
спотела». Иван-царевич доехал до последней ягишны, переменил лошадь; а Лебедь 
Захарьевна все гонится, приезжает после него, спрашивает ягишну: «Что у тебя 
лошадь потна?» Та отвечает: «В поле ездила скота выгонять».

Отселе она домой воротилась; а Иван-царевич поехал к братьям. Приходит к дому, 
где они были; де?вица выскочила на крыльцо, говорит: «Добро пожаловать!» Потом