в ее горницах свечи, начал пить-гулять, на скрипочке играть.
В полночь приходит нечистый, услыхал музыку и бросился к солдату: «Здравствуй, 
брат!» — «Здорово!» — «Что ты пьешь?» — «Квасок потягиваю». — «Дай-ка мне!» — 
«Изволь!» — и поднес ему полный стакан горячего спирту; черт выпил — и глаза 
под лоб закатил: «Эх, крепко забирает! Дай-ка закусить чем-нибудь». — «Вот 
орехи, бери да закусывай!» — говорит солдат, а сам свинцовые пули подсовывает. 
Черт грыз-грыз, только зубы поломал. Стали они в карты играть; пока то да се — 
время ушло, петухи закричали, и нечистый пропал. Спрашивает король королевну: 
«Каково ночь спала?» — «Слава богу спокойно!» И другая ночь так же прошла; а к 
третьей ночи просит солдат короля: «Ваше величество! Прикажите в пятьдесят пуд 
клещи сковать да сделать три прута медных, три прута железных и три оловянных». 
— «Хорошо, все будет сделано!»
В глухую полночь является нечистый. «Здравствуй, служивый! Я опять к тебе 
погулять пришел». — «Здравствуй! Кто не рад веселому товарищу!» Начали 
пить-гулять. Нечистый увидал клещи и спрашивает: «А это что такое?» — «Да, вишь,
 король взял меня в свою службу да заставил музыкантов на скрипке учить; а у 
них у всех пальцы-то кривые — не лучше твоих, надо в клещах выправлять». — «Ах, 
братец, — стал просить нечистый, — нельзя ли и мне выправить пальцы? А то до 
сей поры не умею на скрипке играть». — «Отчего нельзя? Клади сюда пальцы». Черт 
вложил обе руки в клещи; солдат прижал их, стиснул, потом схватил прутья и 
давай его потчевать; бьет да приговаривает: «Вот тебе купечество!» Черт молит, 
черт просит: «Отпусти, пожалуй! За тридцать верст не подойду к дворцу!» А он 
знай бичует. Прыгал-прыгал черт, вертелся-вертелся, насилу вырвался и говорит 
солдату: «Хоть ты и женишься на королевне, а из моих рук не уйдешь! Только 
отъедешь за тридцать верст от города — сейчас захвачу тебя!» Сказал и исчез.
Вот женился солдат на королевне и жил с нею в любви и согласии, а спустя 
несколько лет помер король, и он стал управлять всем царством. В одно время 
вышел новый король с своею женою в сад погулять. «Ах, какой славный сад!» — 
говорит он. «Это что за сад! — отвечает королева. — Есть у нас за городом 
другой сад, верст тридцать отсюда, вот там есть на что полюбоваться!» Король 
собрался и поехал туда с королевою; только вылез он из коляски, а нечистый 
навстречу: «Ты зачем? Разве забыл, что тебе сказано! Ну, брат, сам виноват; 
теперь из моих лап не вырвешься». — «Что делать! Видно, такова судьба моя! 
Позволь хоть с молодой женой проститься». — «Прощайся, да поскорей!..»




Два Ивана солдатских сына




№155
[722]


В некотором царстве, в некотором государстве жил-был мужик. Пришло время — 
записали его в солдаты; оставляет он жену беременную, стал с нею прощаться и 
говорит: «Смотри, жена, живи хорошенько, добрых людей не смеши, домишка не 
разори, хозяйничай да меня жди; авось бог даст — выйду в отставку, назад приду. 
Вот тебе пятьдесят рублев; дочку ли, сына ли родишь — все равно сбереги деньги 
до возрасту: станешь дочь выдавать замуж — будет у ней приданое; а коли бог 
сына даст да войдет он в большие года — будет и ему в тех деньгах подспорье 
немалое». Попрощался с женою и пошел в поход, куда было велено. Месяца три 
погодя родила баба двух близнецов-мальчиков и назвала их Иванами солдатскими 
сыновьями.
Пошли мальчики в рост; как пшеничное тесто на опаре, так кверху и тянутся. 
Стукнуло ребяткам десять лет, отдала их мать в науку; скоро они научились 
грамоте, и боярских и купеческих детей за пояс заткнули — никто лучше их не 
сумеет ни прочитать, ни написать, ни ответу дать. Боярские и купеческие дети 
позавидовали и давай тех близнецов каждый день поколачивать да пощипывать. 
Говорит один брат другому: «Долго ли нас колотить да щипать будут? Матушка и то 
на нас платьица не нашьется, шапочек не накупится; что ни наденем, всё товарищи 
в клочки изорвут! Давай-ка расправляться с ними по-своему». И согласились они 
друг за друга стоять, друг друга не выдавать. На другой день стали боярские и 
купеческие дети задирать их, а они — полно терпеть! — как пошли сдачу давать: 
тому глаз долой, тому руку вон, тому голову на? сторону! Всех до единого 
перебили. Тотчас прибежали караульные, связали их, добрых молодцев, и посадили 
в острог. Дошло то дело до самого царя; он призвал тех мальчиков к себе, 
расспросил про все и велел их выпустить. «Они, — говорит, — не виноваты: на 
зачинщиков бог!»
Выросли два Ивана солдатские дети и просят у матери: «Матушка, не осталось ли 
от нашего родителя каких денег? Коли остались, дай нам; мы пойдем в город на 
ярмарку, купим себе по доброму коню». Мать дала им пятьдесят рублев — по 
двадцати пяти на брата, и приказывает: «Слушайте, детушки! Как пойдете в город, 
отдавайте поклон всякому встречному и поперечному». — «Хорошо, родимая!» Вот 
отправились братья в город, пришли на конную, смотрят — лошадей много, а 
выбрать не из чего; все не под стать им, добрым мо?лодцам! Говорит один брат 
другому: «Пойдем на другой конец площади; глядь-ка, что? народу там толпится —