ть твое желание, то оно для меня легко". И еврей поднялся в тот же час
и минуту и встал на ноги и сказал так, как сказал Халифа-рыбак, а  потом
он обернулся к нему и спросил: "Осталось ли тебе с меня еще что-нибудь?"
- "Нет", - отвечал Халиф. И еврей сказал: "С миром!"
   И Халифа в тот же час и минуту поднялся, взял свою корзину и  сеть  и
пошел к реке Тигру. И он закинул сеть и потянул ее и нашел ее тяжелой  и
вытянул ее только после стараний. И, вытянув сеть, он  увидел,  что  она
наполнена рыбой всех сортов. И подошла к нему женщина с  блюдом  и  дала
ему динар, а Халифа дал ей на него рыбы, и подошел к нему другой слуга и
взял у него на динар, и так продолжалось, пока он не продал рыбы на  де-
сять динаров, и каждый день он продавал на десять динаров, до конца  де-
сяти дней, так что набрал сто динаров золотом.
   А у этого рыбака был дом, внутри прохода купцов. И в одну ночь из но-
чей рыбак лежал у себя в доме и сказал себе: "О Халифа, все люди  знают,
что ты бедный человек, рыбак, а теперь у тебя оказалось сто золотых  ди-
наров. Непременно услышит  твою  историю  повелитель  правоверных  Харун
ар-Рашид от кого-нибудь из людей, и, может быть, ему понадобятся деньги,
и он пошлет за тобой и скажет: "Мне нужно некоторое количество денег.  И
дошло до меня, что у тебя есть сто динаров, одолжи их мне".  И  я  скажу
ему: "О повелитель правоверных, я человек бедный, и тот, кто тебе  расс-
казал, что у меня есть сто динаров, налгал на меня. Ни со мной, ни у ме-
ня ничего такого нет". И халиф передаст меня вали и скажет ему:  "Обнажи
его от одежды, и мучай его побоями, и заставь его сознаться: может быть,
он признается, что у него есть золото в сундуке". Бот  правильное  реше-
ние, которое освободит меня из этой ловушки: я сейчас встану и буду  пы-
тать себя бичом, чтобы закалиться против побоев". И гашиш, которого  ры-
бак наелся, сказал ему: "Встань, обнажись от одежды". И он тотчас же и в
ту же минуту встал, обнажился от одежды и взял в руку бывший у него бич.
А у него была кожаная подушка, и он стал бить раз по этой подушке и  раз
по своей коже, и начал кричать: "Ах, ах,  клянусь  Аллахом,  это  пустые
слова, о господин мой, и они лгут на меня. Я бедный  человек,  рыбак,  и
нет у меня ничего из благ мира!"
   И люди услышали, как Халифа-рыбак сам себя пытает и ударяет бичом  по
подушке (а от звука ударов по его телу и по подушке ночью стоял гул).  И
в числе тех, кто его слышал, были купцы, и  они  сказали:  "Посмотри-ка!
Чего этот бедняга кричит, и мы слышим, как на него опускаются удары. По-
хоже, что на него напали воры, и это они его пытают". И они все пошли на
звук ударов и криков и вышли из своих жилищ и пришли  к  дому  Халифы  и
увидели, что он заперт, и сказали друг другу: "Может быть,  воры  напали
на него, зайдя за комнату; нам следует поэтому войти через крышу".
   И они поднялись на крышу и спустились через отверстие в ней и  увиде-
ли, что Халифа голый и пытает самого себя. И они сказали ему: "Что с то-
бой, о Халифа, в чем твое дело?" И Халифа ответил: "Знайте, о люди,  что
у меня оказалось несколько динаров, и я боюсь, что о моем  деле  донесут
повелителю правоверных Харуну арРашиду, и он призовет меня к себе и пот-
ребует от меня эти динары, и я начну отрицать. И если я буду отрицать, л
боюсь, что он станет меня мучить. И вот я сам себя мучаю  и  делаю  это,
чтобы закалиться против того, что будет". И купцы стали над ним смеяться
и сказали: "Брось такие дела, да не благословит Аллах тебя и динары, ко-
торые пришли к тебе. Ты встревожил пас сегодня  ночью  и  устрашил  наши
сердца".
   И Халифа перестал бить себя и проспал до утра, а поднявшись  от  сна,
он хотел идти на работу и подумал о сотне динаров, которая  оказалась  у
него, и сказал про себя: "Если я оставлю их дома, их украдут воры, а ес-
ли я положу их в карман на поясе, их, может быть,  кто-нибудь  увидит  и
выследит меня, когда я буду один в месте, где пет людей, и убьет меня  и
возьмет их. Но я сделаю некую хитрость, прекрасную и очень полезную".  И
он в тот же час и минуту поднялся и пришил себе карман к воротнику хала-
та и, завязав сотню динаров в мешочек, положил его в карман, который  он
сделал. А затем он поднялся и взял свою сеть, корзину и палку и шел, по-
ка не дошел до реки Тигр..."
   И Шахразаду застигло утро, и сна прекратила дозволенные речи.


   Восемьсот тридцать шестая ночь

   Когда же настала восемьсот тридцать шестая ночь, она сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что Халифа-рыбак  положил  сотню  динаров  в
карман, взял корзину, палку и сеть и пошел к реке Тигру.
   Он закинул в нее сеть и потянул ее, но для него ничего не  поднялось,
и тогда он перешел с этого места на другое место и закинул там сеть,  но
для него ничего не поднялось. И он переходил с места на место,  пока  не
отдалился от города на расстояние половины дня пути,  и  тебе  закидывал
сеть, по ничего для него не поднималось. И тогда он сказал в душе: "Кля-
нусь Аллахом, я брошу сеть в воду еще только этот раз. Либо будет,  либо
пет!" И он бросил сеть с великой решимостью от сильного гнева, и  мешок,
в котором была сотня динаров, вылетел из его воротника, упал посреди ре-
ки и исчез, увлекаемый силой течения. И Халифа бросил из рук сеть, обна-
жился от одежды и, оставив ее на берегу, пырнул за мешком, и он нырял  и
выплывал около сотни раз, пока его силы не ослабели, и он  одурел  и  не
н