какие она вынесла тяготы, пытки и мученья, и рассказала ему также, ка-
кие достались мученья ей самой, и сказала: "Царица жалела, что отпустила
тебя, и послала за тобой человека, чтобы тебя воротить, обещая дать  ему
кинтар золота и поставить его при себе на мое место, и  поклялась,  что,
если тебя воротят, она убьет тебя и убьет твою жену и детей".
   И потом старуха заплакала и показала Хасану,  что  царица  сделала  с
нею, и Хасан заплакал и воскликнул: "О госпожа моя, как освободиться  из
этой земли и от этой жестокой царицы и какая хитрость  приведет  меня  к
освобождению моей жены и детей и возвращению с ними в мою страну  невре-
димым?" - "Горе тебе, - воскликнула старуха, - спасайся сам!"  Но  Хасан
вскричал: "Я непременно должен освободить ее  и  освободить  моих  детей
против воли царицы!" - "А как ты их освободишь против ее воли? - молвила
старуха. - Иди и скрывайся, о дитя мое, пока позволит Аллах великий".
   И тогда Хасан показал ей медную палочку и колпак, и, увидав их,  ста-
руха обрадовалась сильной радостью и воскликнула: "Слава тому, кто ожив-
ляет кости, когда они истлели! Клянусь Аллахом, о дитя мое,  ты  и  твоя
жена были в числе погибающих, а теперь, о дитя мое, ты спасся  вместе  с
твоей женой и детьми! Я ведь знаю эту палочку и того, кто ее  сделал,  -
это был мой наставник, который научил меня колдовству, и он был  великий
колдун и провел сто тридцать пять лет, тщательно  делая  эту  палочку  и
колпак. А когда он кончил их совершенствовать, его настигла смерть,  ко-
торой не избежать. И я слышала, как он говорил своим детям: "О дети мои,
эти вещи - не ваша доля, но придет человек чужеземный и возьмет их у вас
силой, и вы не будете знать, как он их у вас возьмет". И  они  говорили:
"О батюшка, скажи нам, как ему удастся их у нас отнять?" И  он  отвечал:
"Я не знаю этого". Как же тебе удалось отнять их, о дитя мое?"
   И Хасан рассказал ей, как он отнял у детей эти вещи. И когда он расс-
казал ей об этом, старуха обрадовалась и воскликнула: "О дитя  мое,  раз
ты можешь овладеть своей женой и детьми, послушай, что я тебе скажу. Мне
не пребывать у этой развратницы, после того как она посягнула на меня  и
подвергла меня пытке и я уезжаю от нее в пещеру колдунов, чтобы остаться
у них и жить с ними, пока я не умру. А ты, о дитя  мое,  надень  колпак,
возьми в руку палочку и войди к своей жене и детям в помещение, где  они
находятся, и ударь палочкой по земле и скажи: "О  слуги  этих  имен!"  И
поднимутся к тебе слуги палочки, и если к тебе поднимется один из глава-
рей племен, прикажи ему что захочешь и изберешь".
   И затем Хасан простился со старухой и вышел и надел колпак и, взяв  с
собой палочку, вошел в помещение, где находилась его жена. И он  увидел,
что она в состоянии небытия и распята на лестнице и привязана к  ней  за
волосы, и глаза ее плачут, и она печальна сердцем и  находится  в  самом
плохом положении, не зная дороги к спасению, а ее дети играют под  лест-
ницей, и она смотрит на них и плачет над ними и над собою. И Хасан  уви-
дал ее в наихудшем положении и услышал, что она говорит такие стихи:
   "Осталось лишь дыханье легче
   И глаз зрачок - в смущенье, недвижен он.
   Влюбленный вот - внутри его пышет все,
   Огнем горя, но молча все терпит он.
   Злорадные, и те над ним сжалились,
   О горе тем, кто к врагам жалок стал!"
   И когда Хасан увидел, какое его жена терпит  мученье,  позор  и  уни-
женье, он так заплакал, что его покрыло беспамятство,  а  очнувшись,  он
увидал, что его дети играют, а их мать обмерла от  сильной  боли.  И  он
снял с головы колпак, и дети закричали: "Батюшка наш!" И тогда он  снова
накрыл себе голову, а мать мальчиков очнулась из-за их крика и не увиде-
ла своего мужа, а увидела только детей, которые плакали и кричали:  "Ба-
тюшка наш!" И их мать заплакала, услышав, что дети упоминают о своем от-
це, но ее сердце разбилось, и все внутри ее разорвалось, и она закричала
из глубины наболевшего сердца: "Где вы и где  ваш  отец?"  А  затем  она
вспомнила время близости с мужем и вспомнила о том, что с ней  случилось
после разлуки с ним, и заплакала сильным плачем, так что слезы  поранили
ей щеки и оросили землю. И щеки ее были залиты слезами от долгого плача,
и у нее не было свободной руки, чтобы отереть со щек слезы, и не находи-
ла она себе помощника, кроме плача и утешения стихами, и произнесла  та-
кие стихи:
   "И мне вспомнился расставанья день, как простились мы
   И покрыли слезы потоками мой обратный путь.
   Как увел верблюдов погонщик их, не могла найти
   Я ни стойкости, ни терпения, ни души моей.
   И вернулась я, где идти не зная, и не могла
   От тоски очнуться и горести и страдания.
   Тяжелей всего на пути обратном злорадный был,
   Что пришел ко мне, и имел он облик смиренного.
   О душа моя, коль вдали любимый, покинь тогда
   Жизнь приятную, и на долгий век не надейся ты.
   О владыка мой, прислушайся к речам любви,
   Пусть не будет так, чтоб не вняло сердце речам моим.
   О любви преданья связал я цепью с диковинным
   И чудесным, так что кажется, что я Асмаи..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.