ихи, а старуха побуждала его к терпению и утешала  его,  но  Хасан  не
приходил в себя и не разумел того, что она ему говорила. И  они  шли  до
тех пор, пока не достигли первого острова из семи островов, то есть Ост-
рова Птиц. И когда они вступили туда, Хасан подумал, что мир перевернул-
ся - так сильны были там крики, - и у него заболела голова, и его  разум
смутился, и ослепли его глаза, и ему забило уши. И он испугался  сильным
испугом и убедился в своей смерти и сказал про  себя:  "Если  это  Земля
Птиц, то какова же будет земля Зверей?"
   И когда старуха, называемая Шавахи, увидела, что он в  таком  состоя-
нии, она стала над ним смеяться и сказала: "О дитя мое, если таково твое
состояние на первом острове, то что же с тобой будет, когда  ты  достиг-
нешь остальных островов?" И Хасан стал молить Аллаха и умолять его, про-
ся у него помощи в том, чем он его испытал, и исполнения его желания.  И
они ехали до тех пор, пока не пересекли Землю Птиц и не вышли из нее.
   И они вошли в Землю Зверей и вышли из нее и вступили в Землю Джиннов.
И когда Хасан увидел ее, он испугался и раскаялся, что вступил с ними  в
эту землю. И затем он попросил помощи у великого Аллаха и пошел  с  ними
дальше, и они вырвались из Землю Джиннов и дошли до реки и  остановились
под большой вздымающейся горой и разбили свои шатры на  берегу  реки.  И
старуха поставила Хасану возле реки скамью из мрамора, украшенную жемчу-
гом, драгоценными камнями и слитками червонного золота, и Хасан  сел  на
нее, и подошли воины, и старуха провела их перед Хасаном,  а  потом  они
расставили вокруг Хасана шатры и немного отдохнули и поели  и  попили  и
заснули спокойно, так как они достигли своей страны.  А  Хасан  закрывал
себе лицо покрывалом, так что из-под него видны были только его глаза.
   И вдруг толпа девушек подошла близко к шатру Хасана, и  они  сняли  с
себя одежду и вошли в реку, и Хасан стал смотреть, как они моются. И де-
вушки принялись играть и веселиться, не зная, что Хасан смотрит на  них,
так как они считали его за царевну, и у Хасана  натянулась  его  струна,
так как он смотрел на девушек, обнаженных от одежд, и видел у них  между
бедрами всякие разновидности: мягкое, пухлое, жирное, полное,  совершен-
ное, широкое и обильное. И лица их были, как луны, а волосы, точно  ночь
над днем, так как они были дочерьми царей.
   И потом старуха поставила Хасану седалище и посадила его. И когда де-
вушки кончили мыться, они вышли из реки, обнаженные и подобные месяцу  в
ночь полнолуния. И все войско собралось перед Хасаном, как старуха веле-
ла. Может быть, жена Хасана окажется среди них и он ее узнает.
   И старуха стала спрашивать его о девушках, проходивших отряд за отря-
дом, а Хасан говорил: "Нет ее среди этих, о госпожа моя..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Восемьсот седьмая ночь

   Когда те настала восемьсот седьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня,
о счастливый царь, что старуха спрашивала Хасана о девушках, проходивших
отряд за отрядом - может быть, он узнает среди них свою жену, - но, вся-
кий раз как она спрашивала его о какомнибудь отряде, Хасан говорил:  "Ее
нет среди этих, о госпожа моя!"
   И потом, после этого, подошла к ним женщина в  конце  людей,  которой
прислуживали десять невольниц и тридцать служанок - все высокогрудые де-
вы. И они сняли с себя одежды и вошли с их госпожой в реку, и  та  стала
их дразнить и бросать и погружать в реку и играла с ними  таким  образом
некоторое время, а затем они вышли из реки и сели. И их  госпоже  подали
шелковые полотенца, вышитые золотом, и она взяла их и вытерлась. И затем
ей принесли одежды, платья и украшения, сделанные джиннами, и она  взяла
их и надела и гордо прошла среди воительниц со своими служанками.
   И когда Хасан увидел ее, его сердце взлетело, и он  воскликнул:  "Вот
женщина, самая похожая на птицу, которую я видел во дворце  моих  сестер
девушек, и она так же поддразнивала своих приближенных, как эта!"  -  "О
Хасан, это ли твоя жена?" - спросила старуха. И Хасан воскликнул:  "Нет,
клянусь твоей жизнью, о госпожа, это не моя жена, и я в жизни  не  видал
ее. И среди всех девушек, которых я видел на этих островах, нет подобной
моей жене и нет ей равной по стройности, соразмерности, красоте  и  пре-
лести". - "Опиши мне ее и скажи мне все ее признаки, чтобы  они  были  у
меня в уме, - молвила тогда старуха. - Я знаю всякую девушку на островах
Вак, так как я надсмотрщица женского войска и управляю им. И если ты мне
ее опишешь, я узнаю ее и придумаю тебе хитрость, чтобы ее захватить".
   И тогда Хасан сказал старухе: "У моей жены прекрасное лицо и стройный
стан, ее щеки овальны и грудь высока; глаза у нее черные и большие, ноги
- плотные, зубы белые; язык ее сладостен, и она прекрасна чертами и  по-
добна гибкой ветви. Ее качества - невиданы, и уста румяны, у нее насурм-
ленные глаза и нежные губы, и на правой щеке у нее родинка, и на  животе
под пупком - метка. Ее лицо светит, как округленная луна, ее стан тонок,
а бедра - тяжелы, и слюна ее исцеляет больного, как будто она Каусар или
Сельсебиль". - "Прибавь, описывая ее, пояснения, да прибавит тебе  Аллах
увлечения", - сказала старуха. И Хасан молвил: "У моей Жены  лицо  прек-
расное и щеки овальные и длинная шея; у нее насурмленные глаза, и  щеки,
как коралл, и рот, точно сердоликов печать, и уста, ярко-сверкающие, при
которых не нужно ни чаши, ни кувшина. Она сложена в  форме  нежности,  и
м