тствие, он спросил: "О господа, есть ли у вас какая-нибудь нужда,  ко-
торую мы будем иметь честь исполнить?" - "А кто ты будешь, о старец",  -
спросил везирь. И старец ответил: "Я надзиратель рынка". И тогда  везирь
сказал: "Знай, о старец, что этот юноша - мой сын, и я желаю  взять  для
него лавку на этом рынке, чтобы он сидел там и учился продавать и  поку-
пать, и брать, и отдавать, и усвоил бы свойства купцов".  И  надзиратель
отвечал: "Слушаю и повинуюсь!"
   А потом в тот же час и минуту он принес им ключи от одной из лавок  и
приказал посредникам ее вымести, и те вымели лавку и почистили ее, а ве-
зирь послал принести для лавки высокое кресло, набитое перьями страусов,
на котором лежал маленький молитвенный коврик, обшитый "округ  червонным
золотом, и принес также, подушку, и принес столько товаров и материй  из
тех, которые прибыли с ним, что они наполнили лавку.
   И когда настал следующий день, юноша пришел и отпер лавку  и  сел  на
кресло и поставил перед собой двух невольников, одетых в лучшие  одежды,
а в глубине лавки он поставил двух рабов из прекраснейших абиссинцев.
   А везирь наказал юноше скрывать свою тайну от людей, чтобы найти этим
помощь для свершения своих дел, и затем он оставил его  и  отправился  в
амбары, наказав юноше, чтобы он осведомлял его обо всем, что будет  про-
исходить в лавке, день за днем.
   И юноша сидел в лавке, подобный луне в ее полноте, и люди  прослышали
о нем и об его красоте и заходили к нему без нужды, чтобы посмотреть  на
его красоту и прелесть и стройность его стана, и прославляли Аллаха  ве-
ликого, который сотворил его и соразмерил, и никто не мог пройти по это-
му рынку из-за чрезмерного скопления людей перед юношей. А  царевич  ос-
матривался направо и налево, не зная, что ему делать из-за людей,  кото-
рые были им ошеломлены, и надеялся, что завяжет дружбу с  кем-нибудь  из
приближенных к правителю, и, может быть, это  приведет  к  упоминанию  о
царской дочери, но не находил к этому пути, и его  грудь  стеснилась,  а
везирь каждый день обнадеживал его, что он добьется желаемого.
   И царевич провел таким образом очень долгий срок, и когда в  один  из
дней он сидел в лавке, вдруг подошла женщина-старуха, чинная,  почтенная
и достойная, одетая в одежды праведности, и за нею шли  две  невольницы,
подобные паре лун. И она остановилась  возле  лавки  и  некоторое  время
смотрела на юношу, а затем воскликнула: "Слава тому,  кто  сотворил  это
явление и завершил это творение!" И она пожелала юноше мира, и тот возв-
ратил ей приветствие и посадил ее рядом с собою, и старуха спросила: "Из
какой ты страны, о прекрасный лицом?" И царевич ответил: "Я из краев ин-
дийских, о матушка, и пришел в этот город, чтобы развлечься". - "Да  бу-
дешь ты почтен среди приходящих!" - воскликнула  старуха.  И  затем  она
спросила: "Какие есть у тебя товары, вещи и материи? Покажи мне  что-ни-
будь красивое, подходящее для царей". И, услышав ее слова, юноша спросил
ее: "Ты хочешь красивого? Я покажу его тебе. У меня есть все вещи,  под-
ходящие для их обладателей". - "О дитя мое, - сказала старуха, - я  хочу
что-нибудь дорогое ценой и красивое видом - самое высокое,  что  у  тебя
есть". И юноша воскликнул: "Ты непременно должна  меня  осведомить,  для
кого ты требуешь товар, чтобы я показал тебе вещь по сану покупателя!" -
"Твоя правда, о дитя мое, - сказала старуха. - Я  хочу  чего-нибудь  для
моей госпожи Хайят-ан-Нуфус, дочери царя  Абд-аль-Кадира,  владыки  этой
земли и царя этой страны". И когда царевич услышал слова старухи, его ум
взлетел от радости и сердце его затрепетало. Он протянул руку назад,  не
приказывая ни рабам, ни невольникам, и, достав кошелек с сотнею динаров,
дал его старухе и сказал: "Этот кошелек тебе на стирку одежды". А  затем
он протянул руку к узлу, вынул из него платье, стоящее десять тысяч  ди-
наров или больше, и сказал: "Это часть того, что я привез в вашу землю".
   И когда старуха увидела платье, оно ей понравилось, и  она  спросила:
"За сколько продашь это платье, о совершенный качествами?" И царевич от-
ветил: "Бесплатно". И старуха поблагодарила его и  повторила  вопрос,  и
царевич воскликнул: "Клянусь Аллахом, я не возьму за него платы!  Это  -
подарок тебе от меня, если царевна его не примет, и оно  будет  тебе  от
меня в знак гостеприимства. Слава Аллаху, который свел меня с тобою! Ес-
ли мне когда-нибудь что-нибудь понадобится, я найду в тебе помощницу".
   И старуха удивилась этим прекрасным словам и великой щедрости цареви-
ча и большому его вежеству и спросила его: "Как твое имя, о господин?" И
царевич ответил: "Ардешир". И старуха воскликнула: "Клянусь Аллахом, это
имя диковинное, которым называют детей царских, а ты в  обличье  сыновей
купцов!" - "Из любви ко мне назвал меня мой родитель этим именем, и  имя
ни на что не указывает", - ответил царевич. И старуха  удивилась  ему  и
сказала: "О сынок, возьми плату за твой товар", - но  царевич  поклялся,
что ничего не возьмет, и тогда старуха сказала: "О  мой  любимый,  знай,
что правда - самая великая вещь, и эти милости, которые ты мне  оказыва-
ешь, не иначе как из-за дела. Дай же мне узнать твое дело и тайные  твои
мысли - может быть, у тебя есть в чем-нибудь нужда, и я помогу  тебе  ее
исполнить".
   И тогда царевич положил свою руку в руку старухи, и взял с  нее  обет
скрывать тайну, и поведал ей всю свою историю, и рассказал о своей любви
к царевне и о том, что с ним из-за нее происходит.  И  старуха  покачала
головой и сказала: "Вот она - правда! Но только, о дитя мое, сказали ра-
зумные в ходячей пословице: "Если хочешь, чтобы тебя не слушались, проси
того, что невозможно". Твое имя, о дитя мое, - купец, и будь у тебя клю-
ч