ллах! Аллах!" И жена эмира увидала старуху, одетую в белые одежды, по-
хожую на купол из света и имевшую облик суфиев, которая говорила:  "Яви-
тесь, о друзья Аллаха!" И женщины с той улицы высунулись из окон и стали
говорить: "Вот явная поддержка Аллаха!  От  лица  этой  старицы  исходит
свет!" И Хатун, жена эмира Хасана, заплакала и сказала своей невольнице:
"Спустись, поцелуй руку шейху Абу-Али, привратнику, и скажи ему: "Дай ей
войти, этой старице, чтобы мы получили через нее благодать".
   И невольница спустилась и поцеловала привратнику руку и сказала: "Моя
госпожа говорит тебе: "Дай этой старице войти к моей госпоже, чтобы  она
получила через нее благодать..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Ночь, дополняющая до семисот

   Когда же настала ночь, дополняющая до семисот, она сказала: "Дошло до
меня, о счастливый царь, что невольница спустилась к привратнику и  ска-
зала ему: "Моя госпожа говорит тебе: "Дай этой старице войти к моей гос-
поже, чтобы она получила через нее благодать - быть, ее благодать покро-
ет нас всех".
   И привратник пошел к Далиле я начал было целовать ей руку, но она  не
дала ему и сказала: "Отдались от меня, чтобы не испортить мне  омовения!
Ты тоже суфий - влекомый к Аллаху, наблюдаемый  друзьями  Аллаха.  Аллах
освободил тебя от этой службы, о Абу-Али".
   А привратнику приходилось с эмира его жалованье за три месяца,  и  он
был стеснен и не знал, как вырвать деньги у этого эмира. "О матушка, на-
пои меня из твоего кувшина, чтобы я получил  через  тебя  благодать",  -
сказал он Далиле. И та сняла кувшин с плеча и помахала им  в  воздухе  и
тряхнула рукой так, что лыко слетело с отверстия кувшина, и  три  динара
упали на землю, и привратник увидел их и подобрал. "Вот нечто от Аллаха!
- воскликнул он. - Эта старица - одна из святых с сокровищами! Она  раз-
ведала про меня и узнала, что я нуждаюсь в деньгах на расходы, и  сумела
раздобыть мне три динара из воздуха". И он взял динары в руку  и  сказал
Далиле: "Возьми, тетушка, три динара, которые упали на землю  из  твоего
кувшина". И старуха воскликнула: "Отдали их от меня, я из тех людей, ко-
торые никогда не занимаются делами мира! Возьми их и  истрать  на  себя,
взамен того, что приходится тебе с эмира". - "Вот явная поддержка  Алла-
ха, и это относится к откровениям!" - воскликнул привратник. И невольни-
ца поцеловала старухе руку и повела ее наверх к своей госпоже.
   И Далила вошла и увидела, что госпожа невольницы подобна кладу, с ко-
торого сняты талисманы; а Хатун приветствовала ее и поцеловала ей  руку.
"О дочь моя, - сказала старуха, - я пришла к тебе только с  советом".  И
Хатун подала ей еду, и Далила сказала: "О дочка, я ем только райские ку-
шанья и постоянно пощусь. Я нарушаю пост лишь пять дней в году. Но я ви-
жу, о дочка, что ты огорчена, и хочу, чтобы ты  мне  сказала  о  причине
твоего огорчения". - "О матушка, - ответила Хатун, - в ночь,  когда  муж
вошел ко мне, я взяла с него клятву, что он не женится на другой;  и  он
увидел детей, и ему захотелось их иметь, и он сказал: "Ты бесплодная!" А
я сказала: "Ты мул, от которого не носят!" И он вышел сердитый и сказал:
"Когда вернусь из поездки, женюсь на другой!" И я боюсь, о матушка,  что
он со мной разведется и возьмет другую. У него есть  деревни  и  поля  и
большое жалованье, и если придут к нему дети от  другой,  они  завладеют
вместо меня деньгами и деревнями".
   "О дочка, - сказала Далила, - разве ты ничего не знаешь о моем  шейхе
Абу-ль-Хамалате? [589] За всякого, кто в долгах и кто посетит  его,  Аллах
отдает его долги, а если посетит его бесплодная, она станет беременной".
-
   "О матушка, - сказала Хатун, - с того дня, как муж вошел ко мне, я не
выходила ни с утешением, ни с поздравлением". - "О дочка, - сказала ста-
руха, - я возьму тебя с собой и отведу к  Абу-ль-Хамалату.  Переложи  на
него твою ношу и дай ему обет, может быть твой муж, вернувшись из  путе-
шествия, познает тебя и ты понесешь от него дочку или сына. И тот,  кого
ты родишь, будь то мальчик или девочка, станет дервишем шейха Абу-ль-Ха-
малата".
   И женщина поднялась и надела все свои украшения  и  оделась  в  самое
роскошное из бывших у нее платьев и сказала невольнице: "Присматривай за
домом!" И невольница ответила: "Слушаю и повинуюсь, о госпожа!"
   И потом Хатун спустилась вниз, и ее встретил шейх  Абу-Али,  приврат-
ник, и спросил ее: "Куда, о госпожа?" И Хатун ответила ему: "Я иду посе-
тить шейха Абу-ль-Хамалата". - "Пост на год для меня обязателен! - воск-
ликнул привратник. - Поистине, эта старица из святых, и она  полна  свя-
тости. Она, о госпожа, одна из святых с сокровищем, так как она мне дала
три динара червонного золота и все обо мне открыла,  без  того  чтобы  я
спросил, и узнала, что я нуждаюсь!"
   И старуха вышла, и женщина, жена эмира Хасана Шарр-ат-Тарика,  вместе
с нею; и Далила-Хитрица говорила женщине: "Если захочет Аллах, о  дочка,
когда ты посетишь Абу-ль-Хамалата, твое сердце будет залечено, и ты  по-
несешь, по изволению великого Аллаха, и полюбит тебя твой муж, эмир  Ха-
сан, по благодати этого шейха, и не заставит тебя  после  этого  слушать
слова, обидные для твоего сердца". - "Я посещу его, о матушка", - сказа-
л