звращения и готовься дать ответ меж рук господа рабов!"
   А внизу доски были написаны такие стихи:
   "Где ныне тот, что застроил земли когда-то все,
   И Синд [494] и Хинд, и был врагом-притеснителем?
   Абиссинцы, зииджи [495] послушны были словам его,
   И нубийцы также, и гордым был и кичливым он.
   Не жди же ты вестей о том, что в могиле с ним:
   Не бывать тому, чтобы нашел об этом ты вестника!
   Поражен он был смерти гибельной превратностью,
   Не спас его дворец, ему построенный".
   И эмир Муса заплакал сильным плачем, а затем он приблизился к четвер-
той доске и увидел, что на ней написано: "О сын Адама, на  сколько  даст
тебе отсрочку твой владыка, когда ты погружен в море развлечений?  Благо
всякого дня принадлежит тебе, пока не помрешь ты. О сын Адама, пусть  не
обманывают тебя дни и ночи и часы развлечений с их  беспечностью!  Знай,
что смерть тебя подстерегает и на плечи к  тебе  залезает;  не  проходит
дня, чтобы не приветствовала она тебя утром и не желала тебе доброго ве-
чера; остерегайся же ее нападения и готовься к ней. Я как будто вижу те-
бя, когда погубил ты свою жизнь и извел наслаждения бытия;  послушай  же
моих слов и положись на владыку владык! Нет у земной жизни устойчивости,
и подобна она жилищу паука".
   А внизу доски он увидел такие стихи:
   "Где строитель высот земных, что воздвиг их,
   И построил ряд крепких стен и возвысил?
   Где те люди, что в крепости прежде жили?
   Удалились, как путники, что расстались.
   И залогом лежат в земле до минуты,
   Когда будут испытаны тайны сердца.
   Будет вечен один господь наш (велик он!),
   И присущи все милости ему вечно".
   И заплакал эмир Муса и записал все это и сошел с  горы,  и  предстала
земная жизнь пред его глазами.
   И когда пришел он к своим воинам, они провели этот  день,  придумывая
хитрость, чтобы войти в город, и сказал эмир Муса своему  везирю  Талибу
ибн Сахлю и приближенным, окружавшим его: "Какова будет хитрость,  чтобы
нам войти в этот город и посмотреть на его  диковинки?  Может  быть,  мы
найдем в нем что-нибудь, что приблизит нас к желанию  повелителя  право-
верных?" И сказал Талиб ибн  Сахль:  "Да  сделает  Аллах  вечным  благо-
действие эмира! Мы устроим лестницу и взберемся на нее; может  быть,  мы
достигнем ворот изнутри". - "Это приходило мне на мысль, и прекрасно та-
кое мнение!" - отвечал эмир Муса.
   И затем он позвал плотников и кузнецов и велел им выровнять бревна  и
сделать лестницу, покрытую железными пластинками. И они  сделали  ее,  и
изготовили как следует, и просидели за работой целый месяц, и люди  соб-
рались вокруг лестницы и поставили ее и придвинули к стене  вплотную,  и
она пришлась как раз вровень с нею, как будто  была  сделана  для  этого
раньше. И эмир Муса удивился и воскликнул: "Да благословит вас Аллах! Вы
как будто примеряли ее к стене, так хорошо вы  ее  сработали!"  А  потом
эмир Муса сказал своим людям: "Кто из вас поднимется по  этой  лестнице,
взберется по ней на стену и пройдет и ухитрится опуститься вниз в город,
чтобы посмотреть, как обстоит дело, а затем расскажет нам,  как  открыть
ворота?" И кто-то сказал: "Я влезу, о эмир, и опущусь и открою  ворота".
И эмир Муса воскликнул: "Полезай, да благословит тебя Аллах!"
   И этот человек полез на лестницу и добрался до самого верха, а  затем
он встал на ноги и, устремив глаза в город, захлопал в ладоши и  вскрик-
нул во весь голос: "Ты прекрасен!" - и бросился внутрь  города,  и  мясо
его смешалось с костями. И эмир Муса воскликнул: "Вот поступок  разумно-
го, каков же будет поступок безумного? Если мы сделаем то  же  со  всеми
нашими товарищами, не останется из них никого, и мы не будем в силах ис-
полнить то, что нам нужно и нужно  повелителю  правоверных.  Отъезжайте,
нет нам нужды до этого города!" И кто-то сказал тогда: "Может быть, дру-
гой будет устойчивее?" И поднялся второй человек, и третий, и четвертый,
и пятый, и они влезали по этой лестнице на стену один за другим, пока не
пропало из них двенадцать человек, и все делали то же, что первый.
   И сказал тогда шейх Абд-ас-Самад: "Нет для этого дела  дикого,  кроме
меня, и опытный не таков, как неопытный!" Но эмир Муса  воскликнул:  "Не
делай этого! Я не дам тебе влезть на эту стену, так как, если ты умрешь,
ты будешь причиной смерти всех нас, и не уцелеет из вас никто; ты ведь -
наш проводник". - "Может быть, то, что нам нужно,  произойдет  благодаря
мне, по воле великого Аллаха", - сказал шейх Абд-ас-Самад.  И  все  люди
сошлись на том, что он должен лезть, и шейх Абд-ас-Самад встал и подбод-
рил себя и со словами: "Во имя Аллаха, милостивого, милосердного" - стал
подниматься по лестнице, поминая великого Аллаха и читая стихи спасения.
И он достиг верхушки стены и захлопал в ладоши и устремил глаза в город,
и люди все вместе закричали ему: "О шейх Абд-ас-Самад, не делай, не бро-
сайся вниз! - и восклицали: - Поистине, мы принадлежим Аллаху и  к  нему
возвращаемся! Если шейх Абд-ас-Самад упадет, мы  все  погибли!"  А  шейх
Абд-ас-Самад засмеялся громким смехом и просидел долгое  время,  поминая
великого Аллаха и читая стихи спасения, а потом он встал на ноги и  зак-
ричал во весь голос: "О эмир, с вами не будет беды! Аллах  (велик  он  и
с