бов, и оказалось их у меня множество, и накупил домов, земель и помес-
тий больше, чем было у меня прежде, и стал водиться с друзьями и дружить
с товарищами усерднее, чем в первое время, и забыл все, что вытерпел:  и
усталость, и пребывание на чужбине, и труды, и ужасы пути.
   И я развлекался наслаждениями и радостями, и прекрасной едой, и доро-
гими напитками и продолжал жить таким образом. И вот что было со мной  в
мое первое путешествие. А завтра, если захочет Аллах великий, я расскажу
вам повесть о втором из семи путешествий".
   Потом Синдбад-мореход дал Синдбаду сухопутному  у  себя  поужинать  и
приказал выдать ему сто мискалей золотом и сказал  ему:  "Ты  развеселил
нас сегодня"; и носильщик поблагодарил его и взял то, что он  ему  пода-
рил, и ушел своей дорогой, раздумывая о том, что бывает  и  случается  с
людьми, и удивляясь до крайней степени.
   Он проспал эту ночь в своем доме, а когда наступило утро,  отправился
в дом Синдбада-морехода и вошел к нему, и  тот  сказал:  "Добро  пожало-
вать!" - и оказал ему уважение и усадил его подле себя. А  когда  пришли
остальные его друзья, он предложил им кушаний и напитков, и  время  было
для них безоблачно, и овладел ими восторг.
   И Синдбад мореход начал говорить и сказал:

   РАССКАЗ О ВТОРОМ ПУТЕШЕСТВИИ

   Знайте, о братья, что жил я сладостнейшей жизнью и  испытывал  безоб-
лачную радость, как я уже рассказывал вам вчера..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Пятьсот сорок третья ночь

   Когда же настала пятьсот сорок третья ночь, она  сказала:  "Дошло  до
меня, о счастливый царь, что Синдбадмореход, когда его друзья  собрались
у него, сказал им: "Я жил сладостнейшей жизнью, пока не пришло  мне  од-
нажды на ум поехать в чужие страны, и захотелось моей душе поторговать и
поглядеть на земли и острова и заработать, на что жить.
   И я решился на это дело, и выложил много денег, и купил на них  това-
ров и вещей, подходящих для путешествий, и связал их, и увидел  прекрас-
ный новый корабль с парусами из красивой ткани, где было много  людей  и
отличное снаряжение. И вместе с множеством купцов я сложил на него  свои
тюки, и мы отправились в тот же день, и путешествие наше шло  хорошо,  и
мы переезжали из моря в море и от острова к острову. И во всяком  месте,
к которому мы приставали, мы встречались с купцами, вельможами  царства,
продавцами и покупателями и продавали и покупали и выменивали товары.
   И мы поступали таким образом, пока судьба не забросила нас к прекрас-
ному острову, где было много деревьев, спелых плодов, благоухающих  цве-
тов, поющих птиц и чистых потоков, но не было там ни  жилищ,  ни  людей,
раздувающих огонь. И капитан пристал к этому острову, и купцы и  путники
вышли на остров и стали смотреть на бывшие там деревья и птиц,  прослав-
ляя Аллаха, единого, покоряющего, и дивясь могуществу всесильного влады-
ки. И я вышел на остров со всеми теми, кто вышел, и  присел  у  ручья  с
чистой водой среди деревьев.
   А со мной была кое-какая еда, и я сел в этом месте и  стал  есть  то,
что уделил мне Аллах великий; и ветерок в этом месте был приятен, и вре-
мя казалось мне безоблачным. И меня взяла дремота, и я отдохнул  в  этом
месте и погрузился в сон, наслаждаясь приятным  ветром  и  благоуханными
запахами, а затем я поднялся, но не увидел на острове  ни  человека,  ни
джинна: корабль ушел с путниками, и не вспомнил обо мне из них  никто  -
ни купец, ни матрос и они оставили меня на острове.
   И я стал осматриваться направо и налево, но не увидел на острове  ни-
кого, кроме себя, и овладела мною сильная грусть, больше которой не  бы-
вает, и у меня чуть не лопнул желчный пузырь от великой заботы,  печалей
и тягот.
   А у меня не было с собой ничего из благ сего мира -  ни  кушаний,  ни
напитков, и остался я один, и душа моя устала. И я отчаялся  в  жизни  и
сказал про себя. "Не всякий раз остается цел кувшин, и если я  уцелел  в
первый раз и встретил людей, которые взяли меня с собой с острова в  на-
селенное место, то на этот раз не бывать, чтобы я нашел кого-нибудь, кто
бы доставил меня в населенные страны".
   И затем я стал плакать и рыдать, жалея о самом себе, и овладела  мной
грусть, и стал я упрекать себя за то, что я сделал, и за то,  что  начал
это тягостное путешествие после того, как сидел и отдыхал в своем доме и
своей стране, довольный и счастливый, имея прекрасные кушания,  прекрас-
ные напитки и прекрасную одежду и не нуждаясь ни в деньгах, ни  в  това-
рах.
   И стал я раскаиваться, что выехал из города Багдада и отправился  пу-
тешествовать по морю после того, как претерпел тяготы в первое путешест-
вие и едва не погиб, и воскликнул "Поистине, мы принадлежим Аллаху, и  к
нему возвращаемся!" - и стал я как бы одним из бесноватых.
   И я поднялся и стал ходить по острову направо и налево и не  мог  уже
больше синеть на одном месте, и затем я влез на высокое  дерево  и  стал
смотреть с него направо и налево, - но не видел ничего, кроме неба,  во-
д