И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Пятьсот одиннадцатая ночь

   Когда же настала пятьсот одиннадцатая ночь, она  сказала:  "Дошло  до
меня, о счастливый царь, что шейх говорил Джаншаху: "Береги одежду  той,
которую ты желаешь, и не отдавай ее девушке, пока я к  тебе  не  вернусь
после встречи с птицами. Вот что я могу, о дитя мое, и ничего больше". И
когда Джаншах услышал слова шейха Насра, его сердце  успокоилось,  и  он
прожил у него до следующего года и считал проходившие дни, после которых
прилетят птицы. И когда наступил срок прилета птиц, шейх Наср подошел  к
Джаншаху и сказал ому: "Поступай по наставлению, которое я тебе  дал,  в
отношении одежды девушек; я ухожу встречать птиц". - "Слушаю и повинуюсь
твоему приказанию, о родитель мой!" - ответил Джаншах. И затем шейх Наср
ушел встречать птиц. А после его ухода Джаншах поднялся и шел,  пока  не
вошел в сад, и спрятался под деревом, так что никто его не видел.
   И он просидел первый день и второй день и третий день, и  девушки  не
прилетали, и Джаншах начал тревожиться, плакать и испускать стоны, исхо-
дившие из печального сердца, и плакал до тех пор, пока не потерял созна-
ния. А через некоторое время он очнулся и стал смотреть то на  небо,  то
на землю, то на бассейн, то на равнину, и сердце его дрожало от  сильной
страсти. И когда он был в таком состоянии, вдруг приблизились к нему  по
воздуху три птицы в образе голубей (но только каждый голубь был  величи-
ной с орда), и они опустились около бассейна и посмотрели направо и  на-
лево, но не увидели ни одного человека или джинна.
   И тогда они вняли одежду и, войдя в бассейн, стали играть, смеяться и
развлекаться, и были одинаковые, подобные слиткам серебра. И старшая  из
них сказала: "Я боюсь, о сестры, что кто-нибудь спрятался  из-за  нас  в
этом дворце". Но средняя молвила: "О сестра, в этот  дворец  со  времени
Сулеймана не входил ни человек, ни дживы". А младшая  воскликнула,  сме-
ясь: "Клянусь Аллахом, сестрицы, если кто-нибудь здесь  спрятан,  то  он
возьмет только меня!" И затем они стали  играть  и  смеяться,  а  сердце
Джаншаха дрожало от чрезмерной страсти. И он сидел, спрятавшись под  де-
ревом, и смотрел на девушек, а те его не видели. И  девушки  поплыли  по
воле и доплыли до середины бассейна, удалившись от своих одежд, и  тогда
Джаншах поднялся на ноги и помчался, как поражающая молния, и взял одеж-
ду младшей девушки, а это была та, к которой привязалось его  сердце,  и
звали ее Шамса.
   И девушки обернулись и увидели Джаншаха, и задрожали их сердца, и они
закрылись от юноши водой и, подойдя близко к берегу, стали  смотреть  на
Джаншаха и увидели, что он подобен луне в ночь ее полноты. "Кто ты и как
ты пришел в это место и взял одежду Ситт Шамсы?" - спросили они  его.  И
Джаншах сказал: "Подойдите ко мне, и я расскажу вам, что со мной  случи-
лось". - "Какова твоя повесть, зачем ты взял мою одежду и как  ты  узнал
меня среди моих сестер?" - спросила его Ситт Шамса. И Джаншах молвил: "О
свет моего глаза, выйди из воды, и я поведаю тебе мою историю и расскажу
тебе, что со мной случилось, и осведомлю тебя, почему я тебя знаю". - "О
господин мой, прохлада моего глаза и плод моего сердца,  -  оказала  она
ему, - дай мне мою одежду, чтобы я могла ее надеть и прикрыться ею, и  я
к тебе выйду". - "О владычица красавиц, - отвечал ей Джаншах, - мне  не-
возможно отдать тебе одежду и убить себя от страсти. Я отдам тебе  одеж-
ду, только когда придет шейх Наср, царь птиц".
   И, услышав слова Джаншаха, Шамса оказала ему: "Если ты не отдашь  мне
мою одежду, отойди немного, чтобы мои сестры могли выйти на землю и  на-
меть свои одежды и дать мне что-нибудь, чем прикрыться". - "Слушаю и по-
винуюсь!" - оказал Джаншах. И затем он ушел от них и вошел во дворец,  а
Ситт Шамса с сестрами вышла на сушу, и они надели свои одежды.  А  затем
старшая сестра Ситт Шамсы дала ей одежду из своих одежд, в которой  Ситт
Шамса не могла летать, и одела ее в эту одежду. И Ситт Шамса  поднялась,
подобная восходящей луне и резвящейся газели, и шла до тех пор, пока  не
пришла к Джаншаху. Она нашла его сидящим на ложе и приветствовала его и,
сев близ него, сказала: "О прекрасный лицом, это ты убил меня и убил се-
бя самого! Но расскажи мне, что с тобою случилось, чтобы мы  посмотрели,
какова твоя повесть".
   И, услышав слова Ситт Шамсы, Джаншах так заплакал, что обмочил слеза-
ми свою одежду. И когда Ситт Шамса поняла, что он охвачен любовью к ней,
она поднялась на ноги и взяла " Джаншаха за руку и, посадив его с  собою
рядом, вытерла ему слезы своим рукавом и сказала: "О  прекрасный  лицом,
оставь этот плач и расскажи мне, что с тобою случилось". И Джаншах расс-
казал девушке, что с ним случилось, и что он видел..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Пятьсот двенадцатая ночь

   Когда же настала пятьсот двенадцатая ночь, она сказала: "Дошло до ме-
ня, о счастливый царь, что Ситт Шамса сказала Джаншаху:  "Расскажи  мне,
что с тобой случилось". И Джаншах рассказал ей обо всем, что с ним  слу-
чилось. И, услышав его слова, Ситт Шамса вздохнула и сказала: "О  госпо-
д