ликий крик и упал, покрытый беспамятством.
   Он провел без чувств весь день, и, когда он  лежал  на  земле,  вдруг
пришел шейх Наср, после встречи с птицами, и стал искать Джаншаха, чтобы
отослать его с птицами и чтобы он мог отправиться в свою  землю,  по  не
увидел его, и тогда шейх понял, что Джаншах входил в ту комнату. А  шейх
Наср сказал птицам: "У меня есть  маленький  мальчик,  которого  привела
судьба из дальних стран в эту землю, и я хочу от вас, чтобы  вы  понесли
его на себе и доставили в его страну". И птицы сказали: "Слушаем и пови-
нуемся!" И шейх Наср искал Джаншаха, пока не подошел к двери той  комна-
ты, которую они запретил ему открывать, и увидел, что дверь  открыта.  И
он вошел и увидел, что Джаншах лежит под деревом и покрыт беспамятством,
и тогда старец принес благоухающих вод и обрызгал ими лицо  Джаншаха,  и
тот очнулся от обморока и стал осматриваться..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Пятьсот десятая ночь

   Когда же настала пятьсот десятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о
счастливый царь, что, когда шейх Наср увидел, что Джаншах лежит под  де-
ревом, он принес благоухающих вод и обрызгал ими лицо  Джаншаха,  и  тот
очнулся от обморока и стал осматриваться направо и налево, но не  увидел
подле себя никого, кроме шейха Насра. И увеличились тогда его печали,  и
он произнес такие стихи:
   "Явилась она, как полный месяц в ночь радости,
   И члены нежны ее, и строен и гибок стан.
   Зрачками прелестными пленяет людей она,
   И алость уст розовых напомнит о яхонте,
   И темные волосы на бедра спускаются, -
   Смотри берегись же змей волос ее вьющихся!
   И нежны бока ее, душа же ее жестка,
   С возлюбленным крепче скал она твердокаменных.
   И стрелы очей она пускает из-под ресниц,
   И бьет безошибочно, хоть издали бьет она.
   О, право, краса ее превыше всех прелестей,
   И ей среди всех людей не будет соперницы".
   И, услышав от Джаншаха такие стихи, шейх Наср молвил: "О дитя мое, не
говорил ля я тебе: "Не открывай этой комнаты и не входи в нее?" Но расс-
кажи, о дитя мое, что ты в ней видел, и поведай мне твою повесть, и  со-
общи мне о том, что с тобой случилось". И Джаншах рассказал ему свою ис-
торию и поведал ему о том, что случилось у него с тремя девушками, когда
он тут сидел. И, услышав его слова, шейх Наср сказал ему: "О  дитя  мое,
знай, что эти девушки - дочери джиннов, и каждый год они приходят в  это
место и играют и развлекаются до послеполуденного времени, а  затем  они
улетают в свою страну". - "А где их страна?" - опросил Джаншах.  И  Наср
ответил: "Клянусь Аллахом, о дитя мое, я не знаю, где их страна!"
   Потом шейх Наср сказал Джаншаху: "Пойдем со мной и бодрись,  чтобы  я
мог отослать тебя в твою страну с птицами, и оставь эту любовь". Но, ус-
лышав слова шейха, Джаншах испустил великий крик и упал, покрытый беспа-
мятством, а очнувшись, он воскликнул: "О родитель мой, я не хочу уезжать
в мою страну, пока не встречусь с этими девушками. И знай, о  мой  роди-
тель, что я не стану больше вспоминать о моей семье, хотя бы я умер  пе-
ред тобой!" И он заплакал и воскликнул: "Согласен! видеть лицо тех, кого
я люблю, хотя бы один раз в год!" И затем он  стал  испускать  вздохи  и
произнес такие стихи:
   "О, если бы призрак их к влюбленным не прилетал,
   О, если бы эту страсть Аллах не создал для нас
   Когда жара бы не было в душе, если вспомню вас,
   То слезы бы по щекам обильные не лились.
   Я сердце учу терпеть и днями, и в час ночной,
   И тело мое теперь сгорело в огне любви".
   И потом Джаншах упал к ногам шейха Насра и стал целовать их и плакать
сильным плачем и оказал ему: "Пожалей меня - пожалеет тебя Аллах, и  по-
моги мне в моей беде". - "Аллах тебе поможет! О дитя мое, -  сказал  ему
шейх Наср, - клянусь Аллахом, я не знаю этих девушек и не ведаю, где  их
страна. Но если ты увлекся одной из них, о дитя мое, проживи у  меня  до
такого же времени в следующем году, так как они прилетят в будущем  году
в такой же день. И когда приблизятся те дни, в  которые  они  прилетают,
сядь, спрятавшись в саду под деревом. И когда девушки войдут в бассейн и
начнут там плавать и играть и отдалятся от своих  одежд,  возьми  одежду
той из них, которую ты желаешь. Когда девушки увидят тебя, они выйдут на
сушу, чтобы надеть свою одежду, и та, чью одежду ты  взял,  окажет  тебе
мягкими словами с прекрасной улыбкой: "Отдай мне, о брат мой, мою  одеж-
ду, чтобы я ее надела и прикрылась ею". Но если ты послушаешься ее  слов
и отдашь ей одежду, ты нмкогда не достигнешь у нее желаемого: она ее на-
денет и уйдет к своим родным, и ты никогда не увидишь  ее  после  этого.
Когда ты захватишь одежду девушки, береги ее и положи ее под мышку и  не
отдавай ее девушке, пока я не возвращусь после встречи с птицами.
   Я помирю тебя с ней и отошлю тебя в твою страну, и  девушка  будет  с
тобою. Вот что я могу, о дитя мое, и ничего больше..."