бо и были там ворота", - а пророк (да благословит его Аллах и да  при-
ветствует!) сказал: "Не ведает числа ворот на небе  никто,  кроме  того,
кто сотворил небо, и нет ни одного сына Адама, для которого бы  не  было
на небе двух ворот: через одни ворота нисходит его надел, а через другие
ворота возносятся его деяния, и не замкнутся ворота его надела, пока  не
прервется срок жизни его, и не замкнутся врата его деяний, пока не  воз-
несется его дух".
   "Хорошо! - сказал факих. - Расскажи мне, что вещь, что полувещь и что
не вещь". И девушка отвечала: "Вещь - это правоверный;  полувещь  -  это
лицемер, а не вещь - это неверный".
   "Хорошо! Расскажи мне про сердца", - сказал факих. И девушка  отвеча-
ла: "Бывает сердце здоровое, сердце больное, сердце кающееся, сердце се-
бя посвящающее и сердце светящее. Здоровое сердце - это сердце Друга Ал-
лаха; сердце больное - это сердце неверного; сердце кающееся - это серд-
це богобоязненных, боящихся; сердце себя посвящающее - это сердце госпо-
дина нашего Мухаммеда (да благословит его Аллах и да  приветствует!);  и
сердце светящее - это сердце тех, кто за ним следует.  А  сердца  ученых
троякие: сердце, привязанное к здешнему миру, сердце, привязанное к пос-
ледней жизни, и сердце, привязанное к своему владыке. Сказано также, что
сердец три: сердце привязанное - а это сердце неверного, сердце потерян-
ное - это сердце лицемера, и сердце твердое - это  сердце  правоверного.
Сказано также, что их три: сердце, развернутое светом и  верой,  сердце,
пораненное страхом разлуки, и сердце, боящееся быть покинутым". - "Хоро-
шо!" - оказал факих..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Четыреста сорок пятая ночь

   Когда же настала четыреста сорок пятая ночь, она сказала:  "Дошло  до
меня, о счастливый царь, что, когда второй факих задал девушке вопросы и
та ему ответила, он сказал: "Хорошо!" -  "О  повелитель  правоверных,  -
сказала тогда девушка, - он опрашивал меня, пока не утомился, а я  задам
ему два вопроса, и если он даст мне на них ответ, пусть так, а если нет,
я возьму его одежду, и он уйдет с миром".
   "Спрашивай меня о чем хочешь", - сказал  факих.  И  девушка  молвила:
"Что ты окажешь о вере?" - "Вера, - ответил факих, - есть  подтверждение
языком и признание истины сердцем и действие членами. И сказал  он  (мо-
литва над ним и привет!): "Не завершить правоверному веры, пока  не  за-
вершится в нем пять качеств: упование на Аллаха, препоручение себя Алла-
ху, подчинение власти Аллаха, согласие на приговор Аллаха я  чтобы  были
его дела угодны Аллаху, ибо тот, кто любил ради Аллаха и давал ради  Ал-
лаха и отказывал ради Аллаха, тот уверовал вполне".
   "Расскажи мне о правиле правил, о правиле в  начале  всех  правил,  о
правиле, нужном для всех правил, о правиле, заливающем все  правила,  об
установлении, входящем в правило, и об установлении, завершающем  прави-
ло", - сказала девушка. И факих промолчал и ничего не ответил. И повели-
тель правоверных велел Таваддуд растолковать это и приказал факиху снять
с себя одежду м отдать ее девушке.
   И тогда девушка сказала: "О факих, правило правил - это познание  Ал-
лаха великого; правило в начале всех правил - это свидетельство, что нет
бога, кроме Аллаха, и что Мухаммед - посланник Аллаха;  правило,  нужное
для всех правил, - это малое омовение; правило, заливающее все  правила,
- это большое омовение от нечистоты. Постановление, входящее в  правило,
- это промывание пальцев и промывание густой  бороды,  а  постановление,
завершающее правило, - это обрезанное.
   И тут стало ясно бессилие факиха, и он поднялся  на  ноги  и  сказал:
"Призываю Аллаха в свидетели, о повелитель правоверных, что эта  девушка
более сведуща, чем я, в законоведении и в прочем!" А потом он снял с се-
бя одежду и ушел, удрученный.
   Что же касается истории с наставником и чтецом, то девушка обратилась
к остальным ученым, которые присутствовали, и спросила их: "Кто  из  вас
наставник и чтец, знающий семь чтений и грамматику и лексику?"
   И чтец поднялся и сел перед нею и спросил: "Читала ли ты книгу Аллаха
великого и утвердилась ли в знании ее стихов, отменяющих  и  отмененных,
твердо установленных и сомнительных, мекканских и мединских?  Поняла  ли
ты ее толкование и узнала ли ты ее передачи и основы ее чтения?" - "Да",
- отвечала девушка.
   И факих сказал: "Расскажи мне о числе сур в Коране: сколько там деся-
тых, сколько стихов, сколько букв и сколько падений ниц? Сколько  проро-
ков в нем упомянуто, сколько в нем сур мединских и сколько сур  мекканс-
ких и сколько в нем упомянуто существ летающих?" - "О господин, -  отве-
тила девушка, - что касается до сур в Коране, то их сто четырнадцать,  и
мекканских из них - семьдесят сур, а мединских - сорок четыре. Что каса-
ется десятых частей, то их шестьсот десятых  и  двадцать  одна  десятая;
стихов в Коране - шесть тысяч двести тридцать шесть,  а  слов  в  нем  -
семьдесят девять тысяч четыреста тридцать девять, и букв - триста  двад-
цать три тысячи шестьсот семьдесят; и читающему Коран  за  каждую  букву
зачтется десять благих дел. А падения ниц - их четырнадцать..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.