азал ему: "Откуда ты пришел?"
   И тот старик отвечал: "Из Басры". - "А куда ты шествуешь?" -  спросил
Джафар. "В Багдад", - отвечал старик. "А что ты будешь  там  делать?"  -
спросил Джафар. И старик сказал: "Буду искать лекарства для  моего  гла-
за". - "О Джафар, подшути над ним", - сказал Харун ар-Рашид. "Если я бу-
ду с ним шутить, услышу от него неприятное", - отвечал Джафар. Но  халиф
воскликнул: "Заклинаю тебя, пошути с ним!" И тогда Джафар спросил стари-
ка: "Если я пропишу тебе полезное лекарство, чем ты меня  вознаградишь?"
- "Аллах великий вознаградит тебя тем, что для тебя лучше, чем мое  воз-
награждение", - ответил старец. И Джафар сказал: "Слушай, я пропишу тебе
лекарство, которое я никому не пропишу, кроме тебя". - "А что же это?" -
спросил старик. И Джафар сказал: "Возьми три унции дуновенья ветра и три
унции лучей солнца и три унции отблеска луны  и  три  унции  света  све-
тильника, смешай все это и оставь лежать на ветру три  месяца,  а  потом
после этого положи это в ступку без дна и толки три месяца, а когда  ис-
толчешь, положи это в расколотую чашку, и поставь чашку на ветер на  три
месяца, а потом употребляй это лекарство каждый день по три драхмы, ког-
да будешь ложиться спать, и продолжай так три месяца, - ты выздоровеешь,
если захочет Аллах великий".
   И когда старец услышал слова Джафара, он растянулся на своем  осле  и
пустил зловредный ветер и сказал: "Возьми этот ветер в  награду  за  то,
что ты прописал мне лекарство. Когда я буду употреблять его и Аллах пош-
лет мне здоровье, я дам тебе невольницу, которая  станет  тебе  служить,
пока ты жив, такой службой, что Аллах сократит ею твой срок, а когда  ты
умрешь и Аллах поспешит направить твою душу в огонь, эта невольница  на-
мажет тебе лицо своим дерьмом с горя по тебе и будет плакать и бить себя
по лицу и рыдать и скажет, оплакивая тебя: "О холоднобородый, как холод-
на твоя борода!"
   И Харун ар-Рашид так рассмеялся, что упал навзничь  и  приказал  дать
этому человеку три тысячи дирхемов.

   Рассказ О ЧЕСТНОМ ЮНОШЕ

   Рассказывал шериф Хусейн ибн Райян, что повелитель  правоверных  Омар
ибн аль-Хаттаб сидел в какой-то день, чтобы судить людей и  творить  суд
над подданными, и подле него были вельможи  из  его  сподвижников,  люди
верного мнения и догадки. И пока он сидел, вдруг подошел к нему юноша из
прекраснейших юношей, чисто одетый, и за него ухватились двое  юношей  -
прекраснейшие юноши, которые тянули его за ворот. И  они  поставили  его
перед повелителем правоверных Омаром ибн аль-Хаттабом, и повелитель пра-
воверных посмотрел на них и на юношу и велел им отпустить его и, прибли-
зив его к себе, спросил юношей: "Какова ваша история?" -  "О  повелитель
правоверных, - сказали они, - мы единоутробные братья и достойны  следо-
вать истине. У нас был отец, глубокий старик, обладавший хорошей  прони-
цательностью, и был он возвеличен среди племен, далек от низостей и  из-
вестен достоинствами. Он воспитал нас маленькими и  оказал  нам  милости
великие..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста девяносто шестая ночь

   Когда же настала триста девяносто шестая ночь, она сказала: "Дошло до
меля, о счастливый царь, что юноши сказали повелителю правоверных  Омару
ибн аль-Хаттабу: "Наш отец был возвеличен среди племен, отдален  от  ни-
зостей и известен достоинствами. Он воспитывал нас сызмальства и  оказал
нам милости великие, и был он исполнен достоинств и добродетелей и  дос-
тоин слов поэта:
   Сказали мне: "Абу-с-Сакр Шейбана сын?" Молвил я:
   "Нет, жизнью клянусь, Шейбан его порожденье.
   Сколь часто ведь возвышал отца благородный сын
   Адвана возвысил же посланник Аллаха" [413].
   И он вышел однажды в свою рощу, чтобы прогуляться  среди  деревьев  и
сорвать спелые плоды на них, и этот юноша убил его и отклонился от  пря-
мого пути. Мы просим у тебя возмездия за то, что он совершил, и пригово-
ра, как повелел Аллах".
   И Омар посмотрел на юношу устрашающим взором и сказал ему: "Ты выслу-
шал речь этих юношей, что же ты скажешь в ответ?" А этот юноша был тверд
душой и смел на язык и снял  одежду  тревоги  и  совлек  одеяние  беспо-
койства. И он улыбнулся  и  заговорил  красноречивейшим  языком  и  при-
ветствовал повелителя правоверных прекрасными словами, а  затем  сказал:
"Клянусь Аллахом, о повелитель правоверных, я храню в памяти то, что они
утверждают, и они правы в том, что сказали, когда рассказывали, что слу-
чилось, и было веление Аллаха предопределено судьбой. Но я расскажу  пе-
ред тобой свою историю, а повеление принадлежит тебе.
   Знай, о повелитель правоверных, что я из лучших и  чистокровных  ара-
бов, которые благороднее всех, кто под звездным небом. Я вырос в жилищах
пустыни, и поразила мое племя чернота враждебных лет, и я пришел  в  ок-
рестности этого города с женой, скотом и детьми. Я шел по дороге и  про-
ходил мимо рощ, и со мной шли благородные верблюдицы, дорогие для  меня,
и