| |
И не было в то время никого прекраснее ее лицом, стройнее станом,
нежнее по качествам и искуснее в пении и игре на струнах. И была она до
пределов красива и до конца изящна и совершенна. Про нее услышал Мухам-
мед аль-Амин, сын Зубейды [410], и стал просить Джафара, чтобы тот продал
ему эту девушку, но Джафар сказал: "Ты знаешь, что таким, как я, не по-
добает продавать невольниц и назначать цену за наложниц, и не будь она
питомицей моего дома, я бы, право, отослал ее к тебе и не пожалел бы ее
для тебя".
А потом Мухаммед аль-Амин, сын Зубейды, отправился однажды, с целью
повеселиться, в дом Джафара, и тот велел подать ему то, что хорошо иметь
среди друзей, и приказал своей невольнице аль-Бедр-аль-Кебир спеть и по-
веселить аль-Амина. Девушка настроила инструменты и спела самые приятные
напевы. И Мухаммед аль-Амин, сын Зубейды, принялся за питье и увеселения
и велел кравчим побольше поить Джафара, чтобы напоить его пьяным. И по-
том он взял девушку с собою и отбыл домой и не протянул к ней руки, а с
наступлением утра он велел позвать Джафара. Когда тот пришел, он поста-
вил перед ним вино и приказал невольнице петь ему из-за занавески. И
Джафар услышал ее голос и узнал ее и разгневался, но не проявил гнева
из-за благородства своей души и возвышенности своих помыслов и не выка-
зал никакой перемены. А когда их встреча окончилась, Мухаммед аль-Амин,
сын Зубейды, велел кому-то из своих людей наполнить челнок, на котором
приехал Джафар, дирхемами и динарами и дивными богатствами. И слуга сде-
лал то, что приказал ему альАмин, и положил в челнок тысячу кошельков и
тысячу жемчужин, каждая жемчужина ценою в двадцать тысяч дирхемов, и
клал туда разные редкости, пока матросы не завопили и не сказали: "Лодка
не может поднять больше ничего!"
И аль-Амин приказал доставить все это в дом Джафара. Таковы-то помыс-
лы великих, да помилует их Аллах!
Рассказ О САЙДЕ ИБН САЛИМЕ АЛЬ-БАХИЛИ
Рассказывают, что Сайд ибн Салим аль-Бахили говорил: "Мое положение
стало трудным во времена Харуна ар-Рашида, и у меня собралось много дол-
гов, которые тяготили мою жизнь, и я был бессилен расплатиться. И хит-
рости стали для меня тесны, и я впал в замешательство, не зная что де-
лать, так как мне было очень затруднительно уплатить долги. А заимодавцы
окружили мои ворота, и толпились у меня взыскивавшие, и те, кому я был
должен, не покидали меня. И иссякли мои хитрости, и усилились думы, и
когда я увидел, что дела стали трудны и обстоятельства переменились, я
направился к Абд-Аллаху ибн Малику аль-Хузан и попросил его подкрепить
меня своими знаниями и привести меня к вратам облегчения своей прекрас-
ной сообразительностью.
И сказал Абд-Аллах ибн Малик аль-Хузаи: "Никто не может освободить
тебя от испытания, заботы, стеснения и горя, кроме Бармакидов". А я
спросил его: "Кто может перенести их высокомерие и вытерпеть их самовла-
стие?"
И Абд-Аллах ибн Малик сказал: "Вытерпи это, чтобы исправить свое по-
ложение..."
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Триста девяносто третья ночь
Когда же настала триста девяносто третья ночь, она сказала: "Дошло до
меня, о счастливый царь, что Абд-Аллах ибн Малик аль-Хузаи сказал Сайду
ибн Салиму: "Вытерпи это, чтобы исправить свое положение".
И я вышел от него и пошел к альФадлу и Джафару, сыновьям Яхьи ибн Ха-
лида, и рассказал им свою историю и изъяснил свое положение, и они ска-
зали мне: "Да поддержит тебя Аллах своей помощью и да избавит тебя своей
милостью от нужды в его тварях! Да осыплет он тебя великими милостями и
да позаботится о твоем достатке прежде других - он властен в том, что
желает, и с рабами своими милостив и пресведущ".
И я ушел от них и вернулся к Абд-Аллаху ибн Малику со стесненной
грудью, смущенным умом и разбитым сердцем и повторил ему то, что они мне
сказали, и Абд-Аллах ибн Малик молвил: "Тебе надлежит провести сегодняш-
ний день у нас, и мы посмотрим, что определит Аллах великий".
И я просидел у него некоторое время, и вдруг пришел мой слуга и ска-
зал мне: "О господин, у наших ворот много мулов с тюками, и при них че-
ловек, который говорит: "Я поверенный аль-Фадла, сына Яхьи, и Джафара,
сына Яхьи". И Абд-Аллах ибн Малик воскликнул: "Я надеюсь, что облегчение
пришло к тебе! Поднимайся и посмотри, в чем дело". И я поднялся и быстро
побежал домой и увидел у ворот человека, у которого была бумажка, где
было написано: "Ты был у нас, и мы слышали твои слова, и после твоего
ухода мы направились к халифу и осведомили его о том, что обстоятельства
заставили тебя унизиться до просьбы, и халиф приказал доставить тебе из
казначейства тысячу тысяч дирхемов. И мы сказали ему: "Эти деньги он от-
даст заимодавцам и заплатит ими долги. Но где он достанет деньги на свои
расходы?" И халиф приказал выдать тебе еще триста тысяч дирхемов, и каж-
дый из нас доставил к тебе из своих свободных денег тысячу тысяч дирхе-
мов, а всего стало три тысячи тысяч и триста тысяч дирхемов, которыми ты
п
|
|
