льнице взять кубок из рук Абу-Новаса и спрятать его между ног, а халиф
обнажил меч и, взяв его в руку, встал над Абу-Новасом и ткнул его мечом.
И Абу-Новас очнулся и увидел обнаженный меч в руке халифа,  и  опьянение
улетело у него из головы. "Скажи мне стихи и расскажи в них о твоем куб-
ке, а иначе я отрублю тебе голову!" - сказал халиф, и Абу-Новас произнес
такие стихи:
   "Моя повесть всех ужасней -
   Стала вдруг газель воровкой -
   Кубок мой с вином украла -
   В нем я лучший пил напиток -
   И укрыла в одном месте -
   Я в душе о нем страдаю.
   Стыд назвать его мешает,
   Но халифу есть в нем доля"
   И повелитель правоверных сказал ему: "Убей тебя Аллах, откуда ты  уз-
нал это? Но мы приняли то, что ты сказал".
   И он велел дать ему почетную одежду и  тысячу  динаров,  а  Абу-Новас
ушел радостный.

   Рассказ о О БЕДНЯКЕ И СОБАКЕ

   Рассказывают также, что у одного человека умножились долги, и положе-
ние его стеснилось, и он оставил родных и семейство и пошел  куда  глаза
глядят.
   И он шел не останавливаясь и через некоторое время приблизился к  го-
роду с высокими стенами и большими постройками, и вошел туда униженный и
разбитый, и голод его усилился, и путешествие утомило его. И  он  прошел
по площади и увидел толпу вельмож, которые ехали, и пошел с ними, и  они
вошли в помещение, подобное покоям царя, и этот человек вошел с ними.  И
они шли, пока не пришли к человеку, сидевшему на возвышенном месте, я он
был великолепен обликом и весьма знатен, и его окружали слуги и  евнухи,
точно он из сыновей везирей. И, увидав пришедших, этот человек  поднялся
им навстречу и принял их с уважением.
   И упомянутый человек пришел в недоумение от этого и растерялся,  уви-
дав..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста сорок первая ночь

   Когда же настала триста сорок первая ночь, она сказала: "Дошло до ме-
ня, о счастливый царь, что упомянутый человек  пришел  в  недоумение  от
этого и ночь растерялся, увидев красивые постройки, слуг и челядь. И  он
стал отступать в замешательстве и горе, боясь за себя, и сел в  стороне,
подальше от людей, так что никто его не видел. И когда он  сидел,  вдруг
пришел человек с четырьмя собаками яз породы "охотничьих, и на них  были
всякие шелка и парча, а на шее золотые ошейники с серебряными цепочками.
И человек привязал каждую собаку отдельно я затем скрылся.  А  потом  он
принес каждой из них золотое блюдо, наполненое кушаньем из лучших  куша-
ний, и поставил перед каждой собакой ее блюдо, я после этого ушел и  ос-
тавил их. И тот человек от сильного голода стал смотреть  на  кушанья  и
хотел подойти к какой-нибудь собаке и поесть с ней, но ему мешал  страх.
Но потом едва из собак посмотрела на него, и Аллах великий внушил ей по-
нятие о его состоянии, и собака отошла от блюда и сделала знак человеку,
и он подошел я ел, пока не насытился. И он хотел уйти, но собака сделала
ему знак, чтобы он взял блюдо с оставшимся там кушаньем, и подвинула его
лапой. И тогда человек взял блюдо и вышел из дома и ушел, и никто за ним
не последовал. И он отправился в другой город, и продал блюдо и купил на
вырученные деньги товары, и поехал с ними в свою страну, и,  продав  то,
что у него было, рассчитался с долгами, которые были у него. И  достаток
его умножился, и стал он жить в великом благоденствии под полным благос-
ловением.
   И он прожил в своем городе некоторое время и после этого сказал себе:
"Непременно поеду в город обладателя того блюда, и возьму для него прек-
расные и подобающие подарки, и отдам ему стоимость блюда,  которым  меня
пожаловала его собака!"
   И он взял подарки, подходящие для того человека, и, Захватив с  собой
деньги, вырученные за блюдо, поехал и ехал в течение дней и ночей,  пока
не достиг этого города. И он вошел в город и хотел встретиться с тем че-
ловеком и ходил по площадям, пока не пришел  к  его  жилищу,  но  увидел
только ветхие развалины и воронье, возвещающее о гибели, и дома опустев-
шие, и положение изменившееся, и обстоятельства ухудшившиеся. И сердце и
ум его встревожились, и он произнес слова сказавшего:
   "Нет сокровищ больше в домах теперь, как больше нет
   Благочестия в сердцах людей и знания.
   Изменила облик долина свой, и газели в ней
   Уж не те газели, и холмы - не те холмы".
   И слова другого:
   "Летит ко мне призрак Суд [376] пугает меня, стучась
   С зарею, когда друзья спят крепко в пустыне.