когда диспут кончился, принесли воду и вымыли руки, и подали  кушанье,
и поели, а затем законоведы поднялись и вышли. И аль-Мамун  не  позволил
тому человеку выйти вместе с ними, и приблизил его к  себе,  и  обласкал
его, и обещал ему милость и благоволение. А затем приготовили покои  пи-
тия, и явились прекрасные сотрапезники, и пошло по дугу  вино.  И  когда
дошла очередь до того человека, оп вскочил на ноги и сказал: "Если  поз-
волит мне повелитель правоверных, я скажу одно слово". - "Говори что хо-
чешь", - молвил аль-Мамун. И человек сказал: "Высокое мнение знает, - да
увеличит Аллах его высоту! - что раб был сегодня в этом почтенном собра-
нии, среди неведомых людей и низких собеседников, и что повелитель  пра-
воверных его призвал и приблизил из-за малой доли ума, который он  проя-
вил, и сделал его возвышающимся над степенью других, и привел его к пре-
делу, до которого не возносились его помыслы. А теперь он  хочет  разлу-
чить его с той малой толикой ума, которая возвеличила его после  унижен-
ности и дала ему изобилие после скудности. Но не будет того, и невозмож-
но, чтобы позавидовал ему повелитель правоверных  из-за  той  доли  ума,
проницательности и достоинства, которой  он  обладает,  ибо,  когда  раб
выпьет вина, удаляется от него разум, и приближается к нему неразумие, и
похищается у него пристойность, и возвращается он на  ту  же  презренную
ступень, на какой был, и становится в глазах людей  презренным,  неведо-
мым; и я надеюсь, что высокое мнение не похитит у раба этой жемчужины по
своей милости, великодушию и величию и по прекрасной своей природе".
   И когда халиф аль-Мамун услышал от этого  человека  такие  слова,  он
восхвалил его и поблагодарил, и усадил его на место,  и  почувствовал  к
нему уважение. Он приказал дать ему сто тысяч дирхемов и посадил его  на
коня и даровал ему роскошные одежды, и в каждом собрании он возвышал его
и приближал к себе больше всех законоведов, пока он де стал выше их всех
по степени и знатнее членом, а Аллах знает лучше.

   Рассказ ОБ АЛИ-ШАРЕ И ЗУМУРРУД

   Рассказывают, что был в древние времена и минувшие века купец из куп-
цов в землях хорасанских, которого звали Маджд-ад-дин.
   И имел он много денег, и рабов, и невольников, и слуг, но только дос-
тиг он шестидесяти лет жизни, и не досталось ему ребенка. А после  этого
послал ему Аллах великий сына, и назвал он его Али. И когда мальчик  вы-
рос, стал он подобен луне в ночь полноты. Когда же  он  достиг  возраста
мужей и приобрел все качества совершенных, его отец заболел  смертельной
болезнью и призвал к себе своего сына и сказал ему; "О дитя мое, прибли-
зилось время моей гибели, и я хочу дать тебе наставление". - "А какое, о
батюшка?" - спросил Али. И его отец сказал: "О дитя мое, завещаю тебе, -
не общайся ни с кем из людей и сторонись того, кто навлекает вред и  бе-
ду. Берегись злого собеседника - он подобен кузнецу: если тебя не  обож-
жет его огонь, повредит тебе его дым. А как хороши слова поэта:
   Уж не от кого теперь любви ожидать тебе,
   И если обманет рок, не будет уж верен друг,
   Живи в одиночестве и впредь никому не верь -
   Я дал тебе искренний совет - и достаточно.
   И слова другого:
   Все люди - недуг сокрытый,
   На них ты не полагайся.
   У них обманы и козни,
   Когда ты про них узнаешь.
   И слова другого:
   От встреч с людьми мы только получаем
   Пустую болтовню и пересуды.
   Встречайся мало ты с людьми - и только,
   Чтоб стать ученей иль дела поправить.
   Или слова другого:
   Когда людей испробует разумный -
   Я раскусил их, - и их нрав узнает,
   Увидит, что обманчива любовь их,
   А вера их, увидит он, - притворство".
   "О батюшка, я выслушал и повинуюсь. А еще что мне делать?" -  спросил
Али. И его отец сказал: "Делай добро, когда можешь, и постоянно твори  с
людьми благие дела. Пользуйся случаем и расточай милости - не во  всякое
время удаются стремления, и как хороши слова поэта:
   Не во всякий, ты помни, миг и минуту
   Удается свершить дела нам благие.
   Так спеши же навстречу им, когда можешь,
   Опасаясь, что вновь придет затрудненье".
   И юноша сказал: "Я выслушал и повинуюсь..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста девятая ночь

   Когда же настала триста девятая ночь, она сказала: "Дошло до меня,  о
счастливый царь, что юноша сказал своему отцу: "Я выслушал и  повинуюсь.
А что потом?" И его отец сказал: "О дитя мое, сохраняй повиновенье Алла-
х