идя его, обнаружил в нем признаки печали и сказал; "О Ала-ад-дин,  ка-
кова причина печали, что  охватила  тебя?  Разве  ты  еще  не  входил  к
Кут-альКулуб?" - "О повелитель правоверных, - ответил Алаад-дин,  -  что
годится господину, не годится для слуг, и я до сих пор не входил к ней и
не отличаю в ней длины от ширины. Избавь же меня от нее!" - "Я  желаю  с
ней повидаться и спросить ее о ее положении", - сказал халиф. И  Ала-ад-
дин ответил: "Слушаю и повинуюсь, о повелитель правоверных!" И халиф во-
шел к Кут-аль-Кулуб..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести шестьдесят третья ночь

   Когда же настала двести шестьдесят третья ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что халиф вошел к Кут-аль-Кулуб,  и,  увидав
его, она поднялась и поцеловала перед ним землю.  "Входил  к  тебе  Ала-
ад-дин?" - спросил ее халиф; и она ответила: "Нет, о  повелитель  право-
верных. Я послала просить его, чтобы он вошел, но он не согласился".
   И халиф велел ей возвратиться во дворец  и  сказал  Ала-ад-дину:  "Не
удаляйся от нас!"
   И потом халиф отправился к себе домой, а Ала-ад-дин проспал эту ночь,
а утром он сел на коня и отправился в диван и занял место главы шестиде-
сяти.
   А халиф велел своему казначею выдать везирю Джафару десять тысяч  ди-
наров; и казначей дал ему это количество денег, и халиф сказал  Джафару:
"Поручаю тебе сходить на рынок невольниц и купить Ала-ад-дину невольницу
на эти десять тысяч динаров". И Джафар последовал приказу халифа и вышел
и, взяв с собою Ала-ад-дина, пошел с ним на рынок невольниц.
   И случилось, что в этот день вали  Багдада,  назначенный  халифом  (а
звали его эмир Халид), пошел на рынок, чтобы купить невольницу для свое-
го сына, и причиной этого было вот что. У вали была жена по имени Хатун,
и ему достался от нее сын, безобразный видом,  которого  звали  Хабазлам
Баззаза. И он достиг возраста двадцати лет и еще не умел ездить на коне,
а его отец был смельчак, неприступный владыка, и ездил на конях, и  пог-
ружался в море ночного боя.
   И однажды ночью Хабазлам Баззаза спал и осквернился, и  он  рассказал
об этом своей матери; и та обрадовалась и сообщила об этом  его  отцу  и
сказала: "Я хочу, чтобы мы его женили: он стал годен для брака".  -  "Он
безобразен видом, дурно пахнет, грязен и дик, и его не  примет  ни  одна
женщина", - ответил отец Хабазлама; и мать его сказала:  "Мы  купим  ему
невольницу".
   И по велению, предопределенному Аллахом великим, в  тот  день,  когда
пошли на рынок везирь и Ала-ад-дин, туда потел и эмир  Халид,  вали,  со
своим сыном Хабазламом Баззазой; и когда они были на рынке, вдруг появи-
лась с одним из посредников невольница - красивая, прелестная,  стройная
и соразмерная, и везирь сказал: "О посредник, предложи за нее тысячу ди-
наров!"
   И посредник прошел с нею мимо вали, и Хабазлам Баззаза  посмотрел  на
нее взглядом, оставившим после себя тысячу вздохов, и любовь к ней овла-
дела им. "О батюшка, - сказал он, - купи мне эту невольницу". И  посред-
ник стал зазывать, а вали спросил, как зовут девушку;  и  она  отвечала:
"Мое имя Ясмин". - "О дитя мое, - сказал ему отец, - если она тебе  нра-
вится, набавляй цену". - "О посредник, какова твоя цена?" - спросил  он.
"Тысяча динаров", - отвечал посредник. "С меня тысяча динаров и  динар",
- сказал юноша. А когда очередь дошла до Ала-ад-дина, тот  предложил  за
девушку две тысячи, и всякий раз, как юноша, сын вали, набавлял цену  на
динар, Ала-ад-дин прибавлял тысячу динаров.
   И сын вали рассердился и спросил: "О посредник, кто набавляет  против
меня цену за эту девушку?" И посредник ответил: "Везирь Джафар хочет ку-
пить ее для Алаад-дина Абу-ш-Шамата".
   И Ала-ад-дин предложил за невольницу десять тысяч динаров,  и  хозяин
уступил ему девушку и получил за нее деньги; и Ала-ад-дин взял невольни-
цу и сказал ей: "Я освобождаю тебя ради лика Аллаха великого", - и затем
он написал свой брачный договор с нею и отправился домой.
   И посредник вернулся с платой за посредничество, и  сын  вали  позвал
его и спросил: "Где невольница?" - "Ее купил Ала-ад-дин за десять  тысяч
динаров, и он освободил ее и написал свой договор с нею", - отвечал пос-
редник. И юноша огорчился, и печаль его увеличилась, и он вернулся домой
больным от любви к ней, и бросился на постель, и расстался  с  пищей,  и
его любовь и страсть усилились.
   И, увидев, что он заболел, мать его спросила: "Сохрани тебя Аллах,  о
дитя мое, какова причина твоей болезни?" - "Купи мне Ясмин, о  матушка",
- ответил он; и его мать сказала: "Когда пройдет человек  с  цветами,  я
куплю тебе корзинку жасмину". - "Это не тот жасмин, который нюхают,  это
невольница по имени Ясмин, которую мне не купил отец!" - воскликнул юно-
ша. И его мать спросила мужа: "Почему ты не купил ему эту невольницу?" -
"Что годится господину, не годится для слуг. И у меня нет  власти  взять
ее: ее купит не кто иной, как Ала-ад-дин, глава шестидесяти", -  ответил
вали.
   И болезнь юноши усилилась, так что он перестал спать  и  расстался  с
п