лезнью", - а больной говорил: "Поистине, этот врач прав!" Так  персия-
нин стал лечить людям их болезни, и жители Дамаска собирались у него,  и
весть о нем распространилась в городе и в домах вельмож.
   И вот в один из дней он сидит, и вдруг приближается  к  нему  старуха
верхом на осле, чепрак на котором был из парчи, украшенной  драгоценными
камнями. И старуха остановилась возле лавки персиянина и, привязав  осла
за уздечку, сделала персиянину знак и сказала: "Возьми меня за руку",  -
и персиянин взял старуху за руку, и она слезла с осла и  спросила:  "Это
ты - персидский врач, прибывший из Ирака?" - "Да",  -  отвечал  врач.  И
старуха сказала: "Знай, у меня есть дочь, и она больна". И старуха выну-
ла банку и когда персиянин взглянул на то, что было в банке, он спросил:
"О госпожа, скажи, как зовут Эту девушку, чтобы я мог вычислить ее звез-
ду и узнать, в какое время ей подойдет пить лекарство". И старуха сказа-
ла: "О брат персов, ее зовут Нум..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести сорок вторая ночь

   Когда же настала двести сорок вторая ночь, она сказала: "Дошло до ме-
ня, о счастливый царь, что персиянин, услышав имя Нум, начал  считать  и
писать на руках и сказал: "О госпожа, я не пропишу ей лекарства, пока не
узнаю, из какой она земли, из-за различия в воздухе. Осведомь же меня, в
какой земле она воспиталась и сколько прошло лет ее жизни". - "Ее  жизни
четырнадцать лет, а воспиталась она на земле Куфы, что в Ираке", - отве-
чала старуха. И персиянин спросил: "А сколько месяцев она в этих краях?"
- и старуха ответила: "Она прожила в этих краях немного месяцев".
   И когда Нима услышал слова старухи и узнал имя  своей  пленницы,  его
сердце затрепетало, и он потерял сознание. А персиянин  сказал  старухе:
"Ей подойдут такие-то и такие-то лекарства, а старуха молвила:  "Смешай,
что хочешь, и дай мне то, что ты писал, с благословения  Аллаха  велико-
го", - и бросила ему на прилавок десять динаров. И врач посмотрел на Ни-
му и велел ему приготовить для старухи лекарственные  зелья,  а  старуха
смотрела на него и говорила: "Защити тебя Аллах, о дитя мое, - твой  вид
подобен ее виду".
   А потом старуха спросила персиянина: "О брат  персов,  это  твой  не-
вольник или твой сын?" И персидский врач отвечал ей: "Это  мой  сын".  А
Нума собрал нужные зелья и положил их в коробочку и, взяв бумажку, напи-
сал на ней такое двустишие:
   "И если пожалует один только взгляд мне Нум, -
   Пусть счастья не знает Суд, не будет прекрасной Джумль [260]
   Сказали: "Забудь ее и двадцать возьмешь таких", -
   Но нет ей подобия, ее не забуду я".
   Потом он засунул бумажку в коробочку и написал  на  крышке  коробочки
куфическим почерком: [261] "Я Нима ибн ар-Раби - куфиец", и поставил коро-
бочку перед старухой.
   Та взяла ее и простилась с ними, и поехала  обратно,  направляясь  во
дворец халифа.
   И когда старуха поднялась с зельями к девушке,  она  поставила  перед
ней коробочку с лекарствами и сказала:
   "О госпожа, знай, что в наш город пришел врач персиянин, и я не виде-
ла никого прозорливее и осведомленнее в делах болезней, чем он. Я назва-
ла твое имя, после того как он увидел банку, и он узнал,  какая  у  тебя
болезнь, и прописал тебе лекарство, а потом он отдал  приказание  своему
сыну, и тот составил для тебя вот это лекарство. И в Дамаске нет  никого
красивее и изящнее, чем его сын, и ни у кого не  найдется  лавки  такой,
как у него".
   И Нум взяла коробочку и увидела, что на ее  крышке  написано  имя  ее
господина и имя его отца, и, когда она увидела это, у нее изменился цвет
лица, и она про себя воскликнула: "Нет сомнения, что владелец этой лавки
пришел из-за меня!" - "Опиши мне этого юношу", - сказала она старухе,  и
та ответила: "Его зовут Нима, и над правой бровью  у  него  пятнышко,  и
одет он в роскошные одежды и обладает совершенной  красотой".  -  "Подай
мне лекарство, с благословения Аллаха великого и с его помощью", -  ска-
зала девушка и взяла лекарство и выпила его, смеясь, и сказала  старухе:
"Поистине, это благословенное лекарство!"
   Потом она осмотрела коробочку и, увидав бумажку, повернула ее и  про-
читала, а поняв ее смысл, она уверилась, что тот юноша - ее господин,  и
успокоилась душою и обрадовалась. И,  увидав,  что  девушка  засмеялась,
старуха воскликнула: "Поистине, этот день - день  благословенный!"  -  а
Нум промолвила: "О надсмотрщица, я хочу чего-нибудь поесть и выпить".  И
старуха сказала невольницам: "Подайте вашей госпоже столы  с  роскошными
кушаньями!" - и Нум подали столы, и она села есть.
   Вдруг вошел к ним Абд-аль-Мелик ибн Мерван, и,  увидев,  что  девушка
сидит и ест кушанья, он обрадовался, а надсмотрщица сказала ему: "О  по-
велитель правоверных, поздравляем тебя с выздоровлением твоей невольницы
Нум. В этот город прибыл один врач (я не видала никого  осведомленнее  в
болезнях и лекарствах), и я принесла ей от него лекарство,  которое  она
приняла один раз, и выздоровление пришло к ней, о  повелитель  правовер-
ных". - "Возьми тысячу динаров и позаботься о лекарствах, чтобы ее выле-
ч