сильного волнения. А Будур улыбнулась и ввела его с собою на  ложе  и
сказала: "После сегодняшней ночи ты не увидишь порицаемого".
   И она склонилась к нему, целуя и обнимая и сплетая ногу  с  ногою,  и
сказала: "Положи руку мне между бедрами к тому, что  тебе  известно".  И
Камар-аз-Заман заплакал и сказал: "Я не умею ничего такого!" -  а  Будур
воскликнула: "Ради моей жизни, сделай то, что я тебе велела!"
   И Камар-аз-Заман протянул руку (а душа его вздыхала) и увидел, что ее
бедра мягче сливочного масла и нежнее шелка, и  он  ощутил  наслаждение,
касаясь их, и стал водить рукою во все стороны, пока не  достиг  купола,
многоблагословенного и подвижного. И тогда он подумал:
   "Может быть, этот царь двуполый и он не мужчина и не  женщина?"  -  и
сказал: "О царь, я не нахожу у тебя того, что есть у мужчин. Что же  по-
будило тебя к таким поступкам?"
   И царица Будур так засмеялась, что упала навзничь, и воскликнула:  "О
мой любимый, как ты скоро забыл ночи, которые мы провели вместе". И  она
дала ему узнать себя, и Камар-аз-Заман узнал, что это его жена,  царевна
Будур, дочь царя аль-Гайюра, владыки островов и морей. И он обнял ее,  и
она обняла его, и поцеловал ее, и она поцеловала его, и они легли на ло-
же сближения и говорили друг другу такие стихи:
   "И звала его я к сближению, шею гибкую
   Изогнув к нему, чьи изгибы непрерывны,
   И поила твердость души его ее мягкостью.
   И он просьбе внял, хоть отказывал упорно,
   Побоялся он, чтоб хулители его видели,
   Когда явится он в кольчуге им блестящей,
   Бока сетуют на бедро его, нагрузившее,
   Когда ходит он, его ногу, как верблюда.
   Повязался он мечом режущим очей своих,
   И кольчугу он на себя надел из мрака.
   Аромат его шлет благую весть, что явился он,
   И бегу к нему, точно птица я из клетки.
   И ланиты я подостлал в пути для подошв его,
   И сурьмою праха он вылечит мне око"
   Привязал я стяг обладания, обнимаясь с ним,
   Непокорной я развязал узлы удачи.
   И устроил праздник, и ответил мне на призыв мой
   Лишь восторг один, от седых забот свободный.
   И усеял месяц как звездами уста его -
   Пузырьками вин, что на лике влаги пляшут.
   И в михрабе [245] я наслаждения пребывал всегда
   Подле той, чей дар вернет к истине ослушных,
   Поклянусь чудом "Рассвета" я на лице ее:
   Суру "Преданность" [246] не забуду я вовеки!"
   Потом царица Будур рассказала Камар-аз-Заману обо  всем,  что  с  нею
случилось, от начала до конца, и он тоже рассказал ей обо  всем,  что  с
ним случилось. А после этого он перешел к упрекам и спросил ее: "Что по-
будило тебя к тому, что ты сделала со мной сегодня ночью?" - а она отве-
чала: "Не взыщи с меня: я хотела лишь пошутить  и  увеличить  веселье  и
удовольствие".
   Когда же настало утро и засияло светом  и  заблистало,  царица  Будур
послала к царю Арманусу, отцу царевны Хаят-ан-Нуфус, и рассказала ему об
истине и о том, что она жена Камар-аз-Замана. Она  рассказала  ему  свою
историю и поведала о причине их разлуки и сообщила царю,  что  его  дочь
Хаят-ан-Нуфус девственна, как была. И когда царь Арманус, владыка Эбено-
вых островов, услышал историю царицы Будур, дочери царя  аль-Гайюра,  он
изумился до крайней степени и приказал записать ее золотыми чернилами. А
затем он обратился к Камар-аз-Заману и спросил его: "О царевич,  не  хо-
чешь ли ты стать моим зятем и жениться на моей дочери Хаят-ан-Нуфус?"  И
Камар-аз-Заман ответил: "Я посоветуюсь с царицей Будур: у нее надо  мной
неограниченное преимущество".
   И когда он спросил у нее совета, Будур сказала: "Прекрасен этот план!
Женись на ней, а я буду ее служанкой, так как она  оказала  мне  услугу,
благодеяние, добро и милость, - тем более что мы в ее жилище и нас засы-
пали милости ее отца".
   И, увидав, что царица Будур склонна к этому и у нее  нет  ревности  к
Хаят-ан-Нуфус, Камар-аз-Заман уговорился с ней об этом деле..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести семнадцатая ночь

   Когда же настала двести семнадцатая ночь, она сказала: "Дошло до  ме-
ня, о счастливый царь, что Камар-аз-Заман уговорился со своей женой, ца-
рицей Будур, об этом деле и рассказал царю Арманусу,  что  царица  Будур
согласна и что она будет служанкой Хаят-ан-Нуфус.
   И когда царь Арманус услышал от Камар-аз-Замана эти слова, он обрадо-
вался сильной радостью. А потом он вышел и сел на престол своего царства
и, призвав всех везирей, эмиров, придворных и вельмож правления, расска-
зал им историю Камар-аз-Замана и его жены, царевны Будур,  с  начала  до
конца, и сказал, что он хочет выдать свою дочь, Хаят  ан-Нуфус,  за  Ка-
м