| |
краснели, как пламя, и он воскликнул: "Нет мне нужды в таком почете,
ведущем к совершению запретного! Нет, я буду жить бедным деньгами, но
богатым благородством и совершенством!" Но царица Будур воскликнула:
"Меня не обманет твоя совестливость, происходящая от высокомерия и кич-
ливости, и от Аллаха дар того, кто сказал:
"Напомнил я единенья время, и молвил он
"Доколе будешь речи длить жестокие?"
Но я динар показал ему, и сказал он стих:
"Куда бежать от участи, решенной нам?"
И Камар-аз-Заман, услышав эти слова и поняв нанизанные стихи, воск-
ликнул. "О царь, нет у меня привычки к подобным делам, и нет сил нести
такое бремя! Его бессилен вынести и старший, чем я, так как же быть мне
при моих юных годах?" Но царица Будур, услышав эти слова, улыбнулась и
сказала: "Поистине, вот предивная вещь! Ты ошибаешься, хоть правильно
рассуждаешь! Раз ты молоденький, почему же ты боишься запретного и опа-
саешься совершить грех, когда ты не достиг еще возраста ответственности,
а за грех малолетнего нет ни взыскания, ни упрека? Ты сам хотел услышать
это доказательство, желая спорить. И обязательна для тебя моя просьба о
сближении. Не отказывайся и не проявляй теперь нежелания, - ибо веление
Аллаха - участь предопределенная. Я больше, чем ты, должен бояться
впасть в заблуждение; и отличился тот, кто сказал:
"Мой пыл велик, а малый говорит, прося:
"Вложи его во внутрь и будь ты храбрым!"
И ответил я: "Ведь так нельзя!" - и сказал он мне;
"По мне, так можно", - и я познал, согласный"
И когда Камар-аз-Заман услышал эти слова, свет сменился мраком пред
лицом его, и он воскликнул: "О царь, у тебя найдутся такие женщины и
прекрасные девушки, подобных которым не найти в наше время. Не удовлет-
воришься ли ты ими вместо меня; обратись, к кому хочешь, и оставь меня".
- "Твои слова правильны, - отвечала Будур, - но не утолить с женщинами
боли мучения от любви к тебе. Испорченная натура повинуется недобрым со-
ветам. Оставь же препирательство и послушай слова сказавшего:
Не видишь: вот рынок и рядами плоды лежат,
И фиги берет один, другой - сикоморы.
А вот слова другого:
О ты, чей ножной браслет молчит и звенит кушак:
Доволен один, другой - о бедности сетует,
Ты ждешь, что утешусь я, глупец, красотой ее,
Но, быв прежде праведным, неверным не буду я,
Пушком я клянусь тебе, что кудри смутят ее, -
С невинной красавицей тебя не забуду я!
А вот слова другого;
О красавец, любовь к тебе - моя вера,
Из всех толков избрал ее я охотно,
Для тебя я покинул всех ныне женщин,
И монахом теперь меня все считают.
И слова другого:
Не равняй ты юнцов и жен и не слушай
Доносящих, что скажут всем: "Это мерзость!"
Меж женою, чьи ноги лик мой целуют,
И юнцом, что целует землю, - различье.
А вот слова другого:
Я жертва твоя! Тебя я избрал нарочно, -
Ведь кровь ты не льешь, яиц никогда не носишь,
А если бы мы желали любить красавиц,
Для наших детей стал тесен бы край обширный.
И слова другого:
Она говорила мне, жеманясь и гневаясь.
Когда позвала меня за тем, что не вышло:
"Когда не полюбишь ты, как должен жену любить,
Смотри, не брани меня, коль станешь рогатым",
И слова другого:
Она молвила, когда я познать не хотел ее;
"О ты глупец, о глупый до предела.
Не согласен ты, чтоб перед мой был тебе кыблою [244], -
Повернусь к тебе другой кыблою, угодной",
И слова другого:
И прямого пути из мрака заблуждения. Прекрасно и отлично выразился
сказавший:
"Кой в чем заподозрили нас люди, упорствуя своем подозрении душою и
сердцем.
Иди, подтвердим их мысль, чтоб снять с них тяжелый грех,
Один только раз - потом мы каяться будем".
И затем она дала ему заверения и обещания и поклялась ему необходи-
мо-сущим, что такое дело случится у нее ним один только раз во все время
и что любовь к нему привела ее к смерти и потере. И Камар-аз-Заман пошел
с нею с этим условием в уединенное место, чтобы погасить огни ее страс-
ти, а сам говорил: "Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, вели-
кого! Это предопределено славным, премудрым!"
А затем он распустил шальвары в крайнем смущении, и глаза его текли
о
|
|
