лянусь Аллахом, - ответил Абу-Сир, - я очнулся от болезни  только  се-
годня и стал звать, но никто не дал мне ответа. Ради Аллаха, о брат мой,
посмотри в мешке у меня под головой и возьми из него пять полушек.  Купи
мне на них чего-нибудь для пропитания, я до крайности голоден",
   И привратник протянул руку, и взял мешок, и увидел, что он пустой,  и
сказал цирюльнику: "Мешок пустой, в нем  ничего  нет".  И  Абу-Сир,  ци-
рюльник, понял, что Абу-Кир взял то, что там было, и убежал.
   "Не видел ли ты моего товарища?" - спросил он привратника. И тот ска-
зал: "Я уже три дня его не вижу и думал, что ты с ним уехал". -  "Мы  не
уехали, - сказал цирюльник, - но он позарился на мои гроши и взял  их  и
убежал, увидев, что я болен".
   И потом он стал плакать и рыдать, и привратник хана сказал  ему:  "Не
беда, он найдет свое дело у Аллаха".
   И привратник хана пошел и, сварив похлебку, налил Абу-Сиру тарелку, и
дал ему, и он ухаживал за ним два месяца и содержал его  из  своего  ко-
шелька, пока Абу-Сир не пропотел и Аллах не вылечил его от болезни,  ко-
торая была у него.
   И потом Абу Сир встал на ноги и сказал привратнику хана: "Если  Аллах
великий даст мне возможность, я вознагражу тебя за то благо, которое  ты
мне сделал, но вознаграждает только Аллах от своей  милости".  -  "Хвала
Аллаху за здоровье, - сказал привратник хана. - Я сделал  это  с  тобой,
только стремясь угодить Аллаху великодушному".
   И затем цирюльник вышел из хана и прошел по рынкам, и судьбы  привели
его на рынок, в котором была красильня Абу Кира. И он увидел ткани, вык-
рашенные в разные цвета и повешенные в дверях красильни, и людей,  кото-
рые толпились и глядели на них, и спросил человека  из  жителей  города:
"Что это за место и почему, я вижу, люди толпятся?" И спрошенный ответил
ему: "Это красильня султана, которую он открыл для одного  чужеземца  по
имени Абу Кир. И всякий раз, как он выкрасит  одежду,  мы  собираемся  и
смотрим на ее окраску, так как в нашей стране нет красильщиков,  которые
умеют красить в такие цвета. А у него случилось с красильщиками в  нашем
городе то, что случилось".
   И этот человек рассказал Абу-Сиру о том, что случилось у  Абу-Кира  с
красильщиками, и как он пожаловался на них султану, а тот поддержал его,
и построил ему эту красильню, и дал ему столько-то и столько-то денег. И
рассказал обо всем, что произошло.  И  Абу-Сир  обрадовался  и  подумал:
"Хвала Аллаху, который помог ему, и он  стал  мастером!  Этому  человеку
простительно: может быть, его отвлекало от тебя ремесло, и он  про  тебя
забыл. Но ты сделал ему милость и оказал ему уважение, когда он был  без
работы, и когда он увидит тебя, он тебе обрадуется и окажет тебе  уваже-
ние за то, что ты оказал ему уважение".
   И он подошел к дверям красильни и увидел Абу-Кира, который  сидел  на
высоком сиденье, над выступом, в дверях красильни, в платье  из  царских
одежд, и перед ним стояли четыре раба и четыре белых невольника,  одетые
в роскошные одежды, и Абу-Сир увидел, что рабочие - десять рабов - стоят
и работают, так как Абу Кир, купив их, научил их красильному делу. А сам
он сидел среди подушек, словно величайший везирь или славнейший царь,  и
ничего не делал своей рукой, а только говорил: "Сделайте то-то и то-то".
   И Абу-Сир остановился перед ним, думая, что когда Абу Кир его увидит,
он обрадуется, и приветствует его, и окажет ему уважение, и обойдется  с
ним ласково; но когда глаза встретились с глазами,  Абу-Кир  сказал:  "О
сквер вый, сколько раз я тебе говорил: не стой в дверях этой мастерской!
Разве ты хочешь опозорить меня среди людей, о разбойник? Хватайте его!"
   И рабы подбежали к Абу-Сиру и схватили его, и АбуКир встал  прямо  и,
взяв палку, сказал: "Повалите его!" - и когда цирюльника повалили, побил
его по спине сотней ударов; а затем Абу Сира перевернули, и он побил его
сотней ударов по животу и сказал: "О скверный, о обманщик! Если я увижу,
после сегодняшнего дня, что ты стоишь у дверей этой красильни, я  сейчас
же отошлю тебя к царю, и он передаст тебя вали, чтобы  тот  скинул  тебе
голову. Иди, да не благословит тебя Аллах!"
   И Абу-Сир ушел от него с разбитым сердцем из-за  побоев  и  унижений,
которые достались ему и присутствующие спросили  Абу-Кира,  красильщика:
"Что сделал этот человек?" И Абу-Кир  сказал:  "Это  разбойник,  который
крадет чужие ткани..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Девятьсот тридцать пятая ночь

   Когда же настала девятьсот тридцать пятая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня о счастливый царь, что Абу-Кир побил Абу-Сира и  прогнал  его  и
сказал людям: "Это разбойник, который крадет чужие ткани. Сколько раз он
воровал у меня ткани и я говорил в душе: "Аллах простит ему! Это человек
бедный". И не хотел его расстраивать, и отдавал людям деньги за их  тка-
ни, и мягко удерживал его, но он не воздерживался; и  если  он  вернется
еще раз после этого раза, я пошлю его к царю, и он его убьет  и  избавит
людей от его вреда".
   И люди стали бранить Абу-Кира после его ухода.
   Вот что было с Абу-Киром. Что же касается Абу-Сира, то он вернулся  в
хан и сел, раздумывая о том, что сделал с ним Абу-Кир, и  сидел  до  тех
п