е над тобой победу, так как ты перешел меру и пошел  против  меня  без
права. Знай же, что ты заслуживаешь наказания от Аллаха и от меня, но  я
боюсь Аллаха в деле с тобой и твоими  подданными  и  выеду  против  тебя
только после увещания. Если ты боишься Аллаха, то поспеши  мне  прислать
харадж [650] за этот год, иначе я не откажусь выехать против  тебя,  и  со
мной будет тысяча тысяч и еще сто тысяч бойцов - все великаны на слонах,
- и я построю их вокруг нашего везиря и прикажу ему  стоять  и  осаждать
тебя три года, подобно тем трем дням, которые ты предоставил твоему пос-
лу. И я овладею твоим царством, и не убью в нем никого, кроме тебя, и не
уведу в плен никого, кроме твоих женщин".
   И затем мальчик нарисовал на письме свой портрет и написал возле  не-
го: "Этот ответ писал самый маленький из детей в школе". И потом он  за-
печатал письмо и вручил его царю, а царь отдал его гонцу, и  гонец  взял
письмо, поцеловал царю руки и вышел от него, благодаря Аллаха великого и
царя за кротость. И он ушел, дивясь тому, что видел из остроты ума этого
мальчика.
   И когда он дошел до своего царя (а он пришел к нему  на  третий  день
после трех дней, ему  назначенных),  царь  в  это  время  созывал  диван
вследствие запоздания гонца против назначенного ему срока. И, войдя, го-
нец пал перед царем ниц и отдал ему письмо, и царь взял  его  и  спросил
гонца о причине промедления и об обстоятельствах царя Вирд-хана. И гонец
рассказал ему, как было дело и вообще обо всем, что он  видел  глазом  и
слышал ухом. И это ошеломило ум царя, и он сказал гонцу: "Горе тебе! Что
это за рассказы ты мне рассказываешь о царе, подобном  этому?"  И  гонец
ответил: "О великий царь, вот я перед тобою, вскрой  письмо  и  прочитай
его, и тебе станет ясно, что правда и что ложь". И царь вскрыл письмо, и
прочитал его, и увидел в нем портрет мальчика, который писал письмо.
   И тогда он убедился в прекращении своей власти и смутился,  не  зная,
каково будет его дело. А потом он обернулся к своим везирям и  вельможам
своего царства и рассказал им, что случилось, и прочитал  им  письмо,  и
это устрашило их и испугало великим испугом, и они стали успокаивать ца-
ря внешне, словами языка, а сердца их разрывались от биения.
   И потом Бади, великий везирь, сказал: "Знай, о царь, в том, что гово-
рят везири, мои братья, нет никакого проку. Мое мнение, что тебе следует
написать этому царю письмо и извиниться в нем и сказать: "Я люблю тебя и
любил твоего отца, прежде тебя, и мы послали к тебе гонца с этим письмом
только ради испытания, чтобы посмотреть, каковы твои намерения, и  сколь
велика твоя доблесть, и каково у тебя знание, и действие,  и  разрешение
скрытых загадок и какие заложены в тебе совершенства. Мы  просим  Аллаха
великого, чтобы он сделал для тебя благословенным твое царство,  укрепил
бы крепости твоего города и увеличил бы твою власть, чтобы ты мог  охра-
нять себя, и совершенны были бы  дела  твоих  подданных".  И  пошло  это
письмо с другим гонцом.
   И царь сказал: "Клянусь великим Аллахом, поистине, Это великое  дело!
Как может быть он великим царем, готовым к войне, после того как он убил
ученых своего царства и обладателей верного мнения и предводителей свое-
го войска, и как может его царство процветать после этого, чтобы исходи-
ла из него столь великая сила? И еще удивительнее, что малыши  в  школах
пишут там за царя ответы, подобные этому. А я, по моей дурной  жадности,
зажег этот огонь против себя и против жителей своего царства и не  знаю,
что бы потушило этот огонь, если бы не совет моего везиря".
   И затем он собрал ценный подарок и многочисленных слуг и челядь и на-
писал письмо такого содержания: "Во имя Аллаха милостивого, милосердого!
А затем: о славный царь Вирд-хан, сын славного брата моего Джиллиада (да
помилует его Аллах и да продлит он твой век!), пришел к нам ответ на на-
ше письмо, а мы прочитали его и поняли, что в нем заключается, и увидели
мы в нем то, что нас обрадовало, и в этом предел наших просьб о тебе Ал-
лаху. Мы просим его, чтобы он возвысил твой сан и укрепил  устои  твоего
царства и дал бы тебе победу над врагами, которые хотят для тебя зла.  И
знай, о царь, что твой отец был мне братом, и между ним и мною были обе-
ты и клятвы в течение всей его жизни, и он видел от нас одно лишь благо,
и мы также видели от него одно благо. А когда он скончался и ты  сел  на
престол его царства, охватила нас крайняя радость и  веселье,  но  когда
стало нам известно, что ты сделал со своими везирями и вельможами своего
царства, мы испугались, что весть об этом достигнет какого-нибудь  царя,
кроме нас, и он пожелает захватить тебя, и подумали, что ты  пренебрега-
ешь своими делами и охраной своих крепостей и не заботишься о делах сво-
его царства. И мы написали тебе письмо, которым хотели предупредить  те-
бя, и когда увидели, что ты прислал нам такой ответ, наше сердце успоко-
илось за тебя, да дозволит тебе Аллах насладиться твоим  царством  и  да
окажет он тебе помощь в твоих делах! Мир тебе!"
   И он собрал для Вирд-хана подарок и отослал его к нему с сотней витя-
зей..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Девятьсот двадцать восьмая ночь

   Когда же настала девятьсот двадцать восьмая ночь, она сказала: "Дошло
до меня, о счастливый царь, что царь дальней Индии  собрал  подарок  для
ц