зал ему, что я чужеземец, бедняк, и зеленщик сказал: "Не останешься ли
ты у меня? Тебе будет каждый день полдирхема, пища и одежда, и ты будешь
вести счета в моей лавке". И я сказал ему: "Хорошо". И остался у него, и
привел в порядок его дела, и упорядочил его доход и расход, и когда про-
шел месяц, зеленщик  увидел,  что  его  доход  увеличивается,  а  расход
уменьшается, и поблагодарил меня за это. И он  назначил  мне  за  каждый
день дирхем, и так шло, пока не кончился год, и тогда зеленщик предложил
мне жениться на его дочери и стать его товарищем по владению лавкой, и я
согласился на это. И я вошел к своей жене и стал сидеть в лавке с сокру-
шенным сердцем и умом, проявляя печаль, а зеленщик пил и звал меня к то-
му же, но я отказывался пить от горя. И я провел таким образом два года,
и однажды, сидя в лавке, я вдруг увидел толпу людей,  несших  кушанья  и
напитки. Я спросил зеленщика в чем дело, и он сказал: "Сегодня день  лю-
дей состоятельных, когда выходят музыканты и юноши из людей  богатых  на
берег реки, чтобы поесть и попить среди деревьев, на канале Оболле" [643].
И душа призвала меня посмотреть на гулянье, в я сказал про себя:  "Может
быть, если я увижу этих людей, я встречусь с той, кого люблю". И я  ска-
зал зеленщику: "Я тоже хочу этого". И зеленщик  сказал:  "Если  желаешь,
пойди с ними".
   И он приготовил мне кушанья и напитки, и я пошел, но когда  я  достиг
канала Оболлы, я увидел, что люди уходят. И я хотел  уходить  с  ними  и
вдруг вижу - капитан того самого корабля, на котором был хашимит  С  де-
вушкой, плывет по каналу Оболле. И я закричал, и капитан и те, кто был с
ним, узнали меня, и взяли к себе, и сказали: "Разве ты жив?" - и  обняли
меня, и спросили, что со мной было, и я рассказал им.  "Мы  думали,  что
тебя одолело опьянение и ты утонул в воде", - сказали они, а  я  спросил
их, в каком состоянии невольница, и они сказали: "Когда она узнала,  что
ты пропал, она разорвала на себе одежду и сожгла лютню и принялась  бить
себя по щекам и рыдать, и когда мы вернулись с  хашимитом  в  Басру,  мы
сказали ей: "Оставь этот плач и печаль". И она ответила: "Я надену  чер-
ное и устрою в этом доме могилу, и буду сидеть у могилы, и  откажусь  от
пения". И мы позволили ей, и она пребывает  в  таком  состоянии  до  сих
пор".
   И они взяли меня с собой, и я пришел в их дом и увидел  невольницу  в
таком состоянии, и она, увидав меня, испустила великий крик, так  что  я
подумал, что она умерла, и обняла меня долгим объятием. И хашимит сказал
мне: "Возьми ее". И я отвечал: "Хорошо, но только освободи  ее,  как  ты
мне обещал, и жени меня на ней". И хашимит освободил ее и дал нам  доро-
гие вещи, и много одежды, и ковры, и  пятьсот  динаров  и  сказал:  "Вот
сколько я хотел вам выдавать каждый месяц, но с  условием,  что  я  буду
пить с тобой и слушать невольницу".
   И затем он освободил для нас дом и велел перенести туда все, что было
нам нужно, и я отправился в этот дом и увидел, что он завален коврами  и
материями, и перевел туда девушку. И потом я пошел к зеленщику и расска-
зал ему обо всем, что со мной случилось, и попросил его освободить  меня
от ответственности за развод с его дочерью и не считать это грехом. И  я
дал ей приданое и то, что было обязательно. И я провел с хашимитом таким
образом два года и стал обладателем большого богатства, и  вернулась  ко
мне та жизнь, какою я жил с невольницей в Багдаде, и Аллах  великодушный
облегчил наше горе, и осыпал нас обильными благами, и сделал исходом на-
шей стойкости достижение желаемого, и ему да будет хвала в этой и в  бу-
дущей жизни, и Аллах лучше знает истину".

   Сказка о Джиллиаде и Шимасе

   Рассказывают также, что был в древние времена и минувшие века и  годы
один царь в странах Индии, и был этот царь великий, высокий ростом, кра-
сивый обликом, прекрасный нравом, с благородными свойствами. И он благо-
детельствовал бедным  и  любил  своих  подданных  и  всех  людей  своего
царства. И было имя его Джиллиад [644], и находились под  властью  его,  в
его царстве, семьдесят два правителя, в странах его было триста  пятьде-
сят кадиев, и было у него семьдесят везирей, и над каждым десятком своих
воинов он поставил предводителя, и наибольшим его везирем был человек по
имени Шимас, и было ему жизни двадцать два года. И он был прекрасен  ви-
дом и естеством, тонок в речах, сообразителен при ответе и ловок во всех
своих делах - мудрец, правитель и начальник, несмотря на юность лет, - и
он знал всякую мудрость и вежество. И царь любил его великой  любовью  и
питал к нему склонность из-за его знаний в красноречии и  умении  изъяс-
няться в делах управления, а также потому, что даровал ему  Аллах  мило-
сердие и кротость к подданным.  И  был  этот  царь  справедлив  в  своем
царстве, оберегал подданных и одарял малого и большого милостями и подо-
бающей заботой и дарами, охраняя спокойствие и безопасность  и  облегчая
подать всем подданным. И он любил их, и великих и малых,  и  поступал  с
ними милостиво, и заботился о них.
   Но при всем этом не наделил царя Аллах великий сыном, и было это  тя-
жело ему и жителям его царства. И случилось, что царь лежал в одну  ночь
из ночей, занятый размышлениями об исходе дел своего  царства,  а  потом
его одолел сон, и он увидел во сне, что льет воду у подножия дерева..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.