ное меньше половины этих денег, и девушка будет  красивей  ее,  и  ос-
тальные деньги окажутся у тебя в руках капиталом". И купцы  до  тех  пор
говорили с Нур-ад-дином, уговаривая и обнимая его, пока он не  взял  эти
десять тысяч динаров в уплату За невольницу. И тогда франк в тот же  час
и минуту привел судей и свидетелей, и они написали ему  свидетельство  о
покупке у Нур-ад-дина девушки, которую зовут Мариам-кушачница.
   Вот что было с Нур-ад-дином. Что же касается Мариам-кушачницы, то она
просидела, ожидая своего господина, весь день до заката и от  заката  до
полуночи, но ее господин к ней не вернулся, и она  опечалилась  и  стала
горько плакать. И старик москательщик услышал, что она плачет, и  послал
к ней свою жену, и та вошла к пей, и увидела ее плачущей, и спросила: "О
госпожа, почему ты плачешь?" И девушка ответила: "О матушка,  я  сижу  и
жду прихода моего господина, Нур-ад-дина, а он до сих пор не пришел, и я
боюсь, что кто-нибудь сделал с ним из-за меня хитрость, чтобы он  продал
меня, и хитрость вошла к нему, и он продал меня..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Восемьсот семьдесят восьмая мочь

   Когда же настала восемьсот семьдесят восьмая ночь, она сказала: "Дош-
ло до меня, о счастливый царь, что Мариам-кушачница сказала жене  моска-
тельщика: "Боюсь, что кто-нибудь сделал с  моим  господином  из-за  меня
хитрость, чтобы он продал меня, и хитрость вошла к нему, и он продал ме-
ня". И жена москательщика сказала: "О госпожа моя Мариам, если бы твоему
господину дали за тебя всю эту комнату, полную золота,  он  бы  тебя  не
продал! Я ведь знаю его любовь к тебе. Но может быть, о госпожа моя  Ма-
риам, пришли люди из города Каира от его родителей, и он устроил им пир,
в том помещении, где они стоят, и постыдился привести их в эту  комнату,
так как она не вместит их, или потому, что их  степень  мала  для  того,
чтобы приводить их в дом. Или же он захотел скрыть от них  твое  дело  и
остался у них на ночь до утра, а завтра, если захочет великий Аллах,  он
придет к тебе в благополучии. Не обременяй же свою душу ни  заботой,  ни
горем, о госпожа. Вот в чем причина его отсутствия сегодня ночью. Я  ос-
танусь у тебя на сегодняшнюю ночь и буду тебя развлекать, пока не придет
к тебе твой господин".
   И жена москательщика забавляла и развлекала Мариам  разговором,  пока
не прошла вся ночь, а когда наступило утро, Мариам увидела, что ее  гос-
подин Нур-аддин входит с переулка, и тот франк идет сзади него, окружен-
ный толпой купцов. И когда Мариам увидела их, у нее затряслись поджилки,
и пожелтел цвет ее лица, и она начала дрожать, точно корабль посреди мо-
ря при сильном ветре. И, увидав это,  жена  москательщика  спросила:  "О
госпожа моя Мариам, почему это, я вижу, ты изменилась, и пожелтело  твое
лицо, и стало оно еще худее?" И девушка ответила:  "О  госпожа,  клянусь
Аллахом, мое сердце почуяло разлуку и отдаленность встречи". И затем она
начала охать, испуская глубокие вздохи, и произнесла такие стихи:
   "Не доверяйся разлуке ты -
   Горька ведь, право, на вкус она.
   Лик солнца в час заката, знай,
   Желтеет от разлуки мук.
   И также в час восхода, знай,
   Белеет он, встрече радуясь".
   И потом Мариам-кушачница заплакала сильным  плачем,  больше  которого
нет, и уверилась в разлуке, и сказала жене москательщика: "О госпожа, не
говорила ли я тебе, что с моим  господином  Нур-ад-дином  устроили  хит-
рость, чтобы меня продать! Я не сомневаюсь, что он продал  меня  сегодня
ночью этому франку, хотя я его от него предостерегала. Но не поможет ос-
торожность против судьбы, и ясна тебе стала правдивость моих слов".
   И когда они с женой москательщика разговаривали, вдруг вошел к ней  в
ту самую минуту ее господин Нурад-дин, и девушка посмотрела  на  него  и
увидела, что цвет его лица изменился, и у него дрожат поджилки, и  видны
на его лице следы печали и раскаяния. И она сказала ему: "О господин мой
Нур-ад-дин, ты, кажется, продал меня?"  И  Нур-ад-дин  заплакал  сильным
плачем, и заохал, и, глубоко вздохнув, произнес такие стихи:
   "Таков уж рок, и пользы нет беречься нам,
   И если я ошибся - не ошибся рок,
   Когда Аллах захочет сделать что-нибудь
   С разумным мужем, видящим и слышащим,
   Он ослепит его и уши оглушит
   Ему, и ум его, как волос, вырвет он.
   Когда ж исполнит он над ним свой приговор,
   Он ум ему вернет, чтоб поучался он.
   Не спрашивай о том, что было "почему?" -
   Все так бывает, как судьба и рок велит".
   И потом Нур-ад-дин стал просить у девушки прощения и сказал ей: "Кля-
нусь Аллахом, о госпожа моя Мариам, пробежал калам с тем, что судил  Ал-
лах, и люди сделали со мной хитрость, чтобы я тебя  продал,  и  хитрость
вошла ко мне, и я продал тебя и пренебрег тобой с величайшим  небрежени-
ем. Но, может быть, тот, кто сулил разлуку, пошлет нам  встречу".  -  "Я
предостерегала тебя от этого, и было у меня такое предчувствие", -  ска-
з