И мы позаимствовали это имя. Не прошло и недели со дня выхода книги, как к нам 
явился самый что ни на есть важный, изящный и красивый аристократ, с 
приготовленным в кармане самым что ни на есть грозным иском по обвинению в 
клевете, — и он… ну, короче говоря, он заставил нас задержать издание в десять 
миллионов экземпляров[22 - Цифра дана по памяти и, возможно, неточна, Кажется, 
было больше. (Прим. автора.).] и изменить имя в следующих изданиях на Бирайя 
Селлерс. 



Глава XLVIII. САХАР И ПОЧТОВЫЕ РАСХОДЫ 

Однажды на улице я встретил человека, которого мне хотелось видеть больше всех 
на свете, — Гораса Биксби, который при мне, или, вернее, надо мной, был 
лоцманом, а теперь стал капитаном большого парохода «Город Батон-Руж» — самого 
нового и быстроходного парохода, принадлежащего Анкер-Лайн. Та же стройная 
фигура, те же густые кудри, та же эластичная походка, та же живость, тот же 
решительный взгляд и соответствующая твердость руки, та же строгая военная 
выправка; ни на йоту не потолстел и не похудел, ни на волос не изменился. 
Странно расстаться с тридцатипятилетним человеком, приехать через двадцать один 
год и опять застать его тридцатипятилетним. Со мной по крайней мере такого 
случая в жизни раньше не бывало. У него появились, правда, гусиные лапки у глаз,
 но они не шли в счет — настолько были незаметны.

Его пароход только что прибыл. Я ждал этого парохода несколько дней, собираясь 
вернуться на нем в Сент-Луис. Мы с капитаном присоединились к компании дам и 
мужчин — гостей майора Буда — и вместе с ними отправились на быстром катере на 
пятьдесят четыре мили вниз по реке, на сахарную плантацию бывшего губернатора 
Вормоса. За городом у берега стоял целый ряд дряхлых, расшатанных, устарелых 
пароходов, — ни одного из них мне не приходилось видеть раньше. Все они были 
выстроены, изношены и выброшены, с тех пор как я побывал тут в последний раз. 
Это дает представление о бренности миссисипского парохода, о его 
недолговечности.

В шести милях ниже города нам показали толстую обветшалую кирпичную трубу, 
торчавшую над магнолиями и виргинскими дубами,—это памятник, воздвигнутый 
благодарным государством в честь битвы под Новым Орлеаном — победы Джексона над 
британцами 8 января 1815 года. Война к этому дню была окончена, оба государства 
заключили мир, но известие о нем еще не дошло до Нового Орлеана. Если бы в те 
дни была телеграфная сеть, кровь не была бы пролита, жизни не были бы загублены,
 и — сверх того — Джексон, вероятно, не был бы президентом. Мы уже изжили беды, 
которые принесла нам война 1812 года, но еще долго не изживем бед, которые 
натворил Джексон за свое президентство.

Плантация Вормоса занимает обширную площадь, и гостеприимство дома Вормосов 
столь же широко. Здесь мы увидели впервые работу паровых плугов. Паровик-тягач 
сам передвигается на колесах до назначенного места, потом останавливается и 
стальным тросом тянет к себе громадный плуг за двести или триста ярдов, через 
поле, между рядами тростинка. Эта штука врезается в чернозем фута на полтора. 
Плуг похож на киль пароходе с реки Гудзон. Когда негр-рулевой усаживается на 
один конец, этот конец опускается к земле, а другой подымается высоко на воздух.
 Эти огромные качели идут, качаясь и перекатываясь, как корабль в море, и не 
каждый цирковой наездник сможет удержаться на них.

Плантация занимает две тысячи шестьсот акров, шестьсот пятьдесят из них — под 
сахарным тростником; кроме того, там есть отличная апельсиновая роща в пять 
тысяч деревьев. Тростник разводят каким-то сложным и трудным научным способом, 
слишком непонятным и запутанным, чтобы мне попытаться его объяснить, знаю 
только, что он принес сорок тысяч долларов убытку в прошлом году. Других 
подробностей не помню. Однако урожай этого года должен дать тысячу или тысячу 
двести тонн сахару, так что убытки прошлого года не имеют значения. Эти 
хлопотливые и дорогие научные способы обработки дают сбор от полутора до двух 
тонн с акра, а это втрое или вчетверо больше, чем получали с акра в мое время.

Дренажные канавы везде кишат мелкими крабами — «скрипачами». Видно было, как 
они рассыпались во все стороны при неожиданном шуме. Очень дорогое удовольствие 
эти крабы: они вгрызаются в деревянные пристани и разрушают их.

Сахарный завод представляет собой путаницу чанов, бочек, чашек, фильтров, 
насосов, труб и машин. Производство сахара исключительно интересно. Сначала 
троотгаик закладывают в центрифуги и выжимают из него сок; затем сок проходит 
испарительные чаны, где извлекают волокно; затем — сквозь костные фильтры, 
чтобы удалить спирт; затем — через осветляющие цилиндры, чтобы отделить патоку; 
затем — сквозь грануляционную трубу, чтобы сконденсировать; затем — через 
вакуум-аппарат, чтобы высушить. Теперь сахар готов в продажу. Я набросал эти 
сведения по памяти.. Процесс кажется простым и легким. Но не обманывайтесь. 
Производство сахара — одно из труднейших в мире. А сделать сахар хорошо—почти 
невозможно. Если вы сами время от времени будете проверять сахар в течение 
нескольких лет и запишете результаты, вы убедитесь, что из двадцати фабрикантов