– Что он говорит? Господь замутил разум этого фермера!

Я предчувствовал беду и сидел как на гвоздях.

– …далее, если принять во внимание всем известную истину, что молодые животные, 
так сказать свежие почки животного мира, всего вкусней и что когда козел 
созреет, его мех становится слишком жарким и портит мясо, каковой недостаток, в 
соединении с гнусным нравом и богопротивным поведением этого зверя…

Все повскакали с мест с яростным криком: «Один предатель, а другой сумасшедший! 
Смерть им! Смерть!» Они кинулись на нас. Какой восторг вспыхнул в глазах 
короля! Он ничего не смыслил в сельском хозяйстве, но драться он умел. Он долго 
постился и теперь жаждал битвы. Ударом в челюсть он сбил кузнеца с ног и 
повалил на спину. «Святой Георгий, помоги Британии!» – и он сбил с ног 
колесника. Каменщик был грузен, но я опрокинул его без труда. Все трое тотчас 
же вскочили на ноги и снова кинулись на нас; мы снова их повалили; они снова 
вскочили. Они падали и вскакивали с чисто британским упорством и мужеством, 
пока мы не превратили их в котлеты; они шатались от усталости; ослепленные 
гневом, они перестали отличать друзей от врагов и колотили друг друга. Они 
колотили друг друга, а мы отошли в сторону и смотрели, как они катаются по 
земле, и рвут волосы, и кусаются, словно бульдоги. Мы смотрели на них спокойно, 
так как они не в силах уже были сбегать за помощью, а место битвы было так 
удалено от дороги, что случайные прохожие не могли нас увидеть.

Занятый этим зрелищем, я случайно заметил, что Марко нет среди нас. Я 
оглянулся; его нигде не было видно. О, дело плохо! Я дернул короля за рукав, мы 
незаметно ускользнули и вбежали в хижину. Там никого – ни Марко, ни Филлис! Они,
 несомненно, побежали к дороге звать на помощь. Я сказал королю, что нам нужно 
удирать, а причину я объясню потом. Мы успели перебежать через открытое поле и 
нырнули в лес; только тогда я обернулся и увидел толпу разъяренных крестьян с 
Марко и его женой во главе. Они ужасно орали, но мы их не боялись: лес был 
дремучий, мы влезем на дерево, а там пускай они ищут нас, где хотят. Но тут мы 
услышали новый звук: собаки! Это совсем другое дело! Задача наша стала сложнее 
– нужно найти проточную воду.

Мы неслись во всю мочь; звуки стали удаляться и превратились в глухой шум. Мы 
добежали до ручья и прыгнули в воду. В воде мы прошли вниз по течению ярдов с 
триста. Нам загородил дорогу дуб, толстый сук которого висел над самой водой. 
Мы вскарабкались на этот сук и поползли по нему к стволу. Звуки погони опять 
стали громче – значит, толпа напала на наш след. Некоторое время звуки 
приближались очень быстро; потом они перестали приближаться. Без сомнения, 
собаки отыскали то место, где мы вошли в ручей, и теперь мечутся по берегу, 
разыскивая наш след.

Когда мы прочно уселись на дереве, скрытые листвой, король вполне успокоился, 
но я не совсем. Мне показалось, что мы могли бы перелезть по одной из веток на 
другое дерево, и я решил, что нужно попробовать. Мы попробовали, и с успехом, 
хотя король поскользнулся и чуть не упал. Мы удобно расселись, хорошо скрытые в 
листве, и теперь нам оставалось только прислушиваться к шуму погони.

Внезапно погоня стала приближаться, и приближаться стремительно, и сразу по 
обоим берегам ручья. Громче, громче – и с ревом, гиком, лаем, топотом она 
пронеслась мимо, как циклон.

– Я боялся, что по суку, висящему над водой, они догадаются, – сказал я, – и 
очень рад, что ошибся. Идем, повелитель, не будем терять времени. Мы сбили их с 
толку. Скоро стемнеет. Если мы еще раз перейдем через ручей и на каком-нибудь 
пастбище возьмем взаймы пару коней на несколько часов, то будем в безопасности.

Мы начали спускаться и добрались уже до нижнего сука, как вдруг нам показалось, 
что шум погони снова приближается. Мы замерли, прислушиваясь.

– Да, – сказал я, – они ничего не нашли, им надоело, и они возвращаются домой. 
Влезем снова на наш насест и дадим им пройти мимо.

Мы опять полезли вверх. Король прислушался и сказал:

– Они все еще ищут. Нам лучше остаться здесь.

Он был прав. Он больше смыслил в охоте, чем я. Шум приближался постепенно, не 
быстро. Король сказал:

– Они сообразили, что мы где-то вблизи, так как мы движемся пешком и не можем 
уйти далеко от воды.

– Да, государь, боюсь – ты прав, хотя я надеялся, что все обойдется.

Шум все приближался, и скоро авангард опять прошел мимо нас, по обоим берегам 
ручья. Чей-то голос крикнул с другого берега: