– Господи, мой повелитель, где вы это достали?

– У контрабандиста на постоялом дворе, вчера вечером.

– Ради какого дьявола вы его купили?

– Мы избегли многих опасностей с помощью хитрости – твоей хитрости, – но мне 
подумалось, что не худо было бы иметь при себе и оружие. А вдруг твоя хитрость 
изменит тебе в трудную минуту.

– Но людям нашего звания запрещено носить оружие. Что скажет лорд или любой 
другой человек, обнаружив у крестьянина кинжал?

Счастье наше, что в это время никого поблизости не было. Я убедил его выбросить 
кинжал, а сделать это было не легче, чем убедить ребенка выбросить новую 
пеструю игрушку, которой он может убить себя. Мы молча шли рядом и размышляли. 
Наконец король сказал:

– Если тебе известно, что я задумал что-нибудь опасное, отчего ты не 
предупреждаешь меня заранее, чтобы я мог отказаться от своего намерения?

Этот вопрос озадачил меня. Я не знал, как ответить на него, и потому в конце 
концов дал самый естественный ответ:

– Но, государь, как я могу знать, что вы задумали?

Король остановился и взглянул на меня изумленно.

– А я думал, что ты более велик, чем Мерлин; и правда, в колдовстве ты 
превзошел его, но пророчество важнее колдовства. Мерлин пророк.

Я понял, что совершил промах. Нужно было выворачиваться. После глубокого 
размышления я осторожно наметил план действий и сказал:

– Государь, вы меня не поняли. Я сейчас все объясню. Существуют два рода 
пророчества. Существует дар предсказывать близкие события, и существует дар 
предсказывать то, что будет через века. Какой дар, по-вашему, могущественнее?

– Конечно, второй!

– Правильно. А обладает ли им Мерлин?

– Отчасти да. Он за двадцать лет вперед предсказал мое рождение и то, что я 
буду королем.

– А что будет дальше, он тоже предсказал?

– А он и не брался.

– Это, вероятно, его предел. Каждый пророк имеет свой предел. Предел некоторых 
великих пророков – сто лет.

– Таких, я думаю, немного.

– Существовало два еще более великих, чей предел был четыреста и шестьсот лет, 
и один, чей предел приближался к семистам двадцати.

– Господи, это поразительно!

– Но что они в сравнении со мной? Ничто!

– Да ну? Ты можешь глядеть вперед через такой океан времени, как…

– Семьсот лет? Повелитель, мой пророческий взор ясен, как взор орла, и я 
совершенно ясно прозреваю, что будет с этим миром через тринадцать с половиною 
веков.

О, если бы вы видели, как широко король раскрыл глаза! Они чуть не выскочили из 
орбит. Старикашка Мерлин был уничтожен. Этим людям никогда не приходится 
доказывать – они верят на слово. Никому из них и в голову не пришло бы 
усомниться в любом голом утверждении.

– Оба пророческих дара доступны мне, – продолжал я. – Я умею прорицать далекое 
и близкое, для этого мне нужно только переключиться. Но обычно я предсказываю 
отдаленное будущее, потому что предсказывать ближайшее будущее ниже моего 
достоинства. Это больше свойственно всяким Мерлинам – короткохвостым пророкам, 
как называем их мы, собратья по профессии. Конечно, я иногда забавляюсь и малым 
пророчеством, но не часто. Вы, вероятно, помните, сколько было толков, когда вы 
прибыли в Долину Святости, о том, что я за двое или трое суток предсказал день