е представляешь себе всего совершенства и красоты пропорций этого гиганта!

— Вот это правда! Насчет красоты у меня другие понятия. Для меня образец 
совершенства — розы, и поэтому я никак не могу назвать гигантского ленивца 
красивым.

— До Всемирного потопа были совсем другие понятия о красоте, понимаешь? Я тебя 
умоляю, не притрагивайся ни к одной косточке! Ни в одном музее мира нет такого 
полного скелета доисторического мегатерия.

— О, вам не стоит об этом беспокоиться. Я бы сейчас предпочел совсем другую 
косточку — с хорошеньким кусочком мяса на ней, и тоже не маленькую!

— Фриц, мне очень жаль, но я вынужден сказать тебе, что ты — идиот. Для науки 
ты потерян, видимо, навсегда.

— Должен сознаться, если бы вы не интересовались всякими ископаемыми гигантами 
до такой степени, они бы не значили для меня ровным счетом ничего. Кстати, а 
что вы станете делать с этим мертвым монстром?

— Что за вопрос! Я заберу его отсюда.

— Куда?

— На родину, домой.

— Неплохо придумано. Хотя, если опять разразится потоп, то он вполне сможет и 
сам донести этот скелет до Ютербогка. Это сберегло бы нам много сил и средств. 
Впрочем, на нем можно неплохо заработать. Вы не думали об этом?

— Нет, подарю его какому-нибудь университету или не слишком пока знаменитому 
музею, который впоследствии назовут моим именем.

— О, в таком случае, у меня есть одна пустяковая просьба: пусть случайно не 
присоединят мое имя к вашему. Фриц Кизеветтер не желает, чтобы его славное имя 
люди связывали с каким-то ископаемым. А вы подумали о том, что для того, чтобы 
доставить это чудище домой, вам потребуется целый корабль?

— Скелет можно аккуратно разобрать на составные части, как следует упаковать в 
несколько ящиков — и в таком виде он благополучно доберется до Германии. 
Надеюсь, в этом ты мне поможешь?

— С большой охотой! Но если вы заодно захотите и меня разобрать на составные 
части, предупреждаю, что я буду сопротивляться. Так когда нужно начать эту 
работу?

— Я бы хотел начать прямо сейчас, но это, к сожалению, невозможно, потому что 
для этого еще многое нужно подготовить. Какой город отсюда ближайший?

— Тукуман. — Это сказал подошедший к двум своим землякам Отец-Ягуар. — Я весь в 
вашем распоряжении, герр доктор.

— Что вы имеете в виду? — спросил вполне искренне ничего не понимающий ученый.

— Послезавтра мы будем в Тукумане. Там я смогу предоставить вам все необходимое.
 Несколько камба, которых мы возьмем с собой, будут у вас носильщиками.

— Но вы, наверное, не планировали себе таких дел, это же для вас большая обуза.

— Я все предусмотрел заранее, — мягко улыбнувшись, ответил Отец-Ягуар. — 
Скажите мне лучше: вы осмотрели скелет как следует? Мы ничего тут не напутали, 
собирая кости?

— Это удивительно, но все на месте, в точности так же, как до Всемирного потопа.


— Должен вам сказать, что, когда мы закончили раскопки, здесь лежала просто 
груда костей.

— Как? Так это вы его раскопали?

— Раскопали, а потом собрали, неужели вы до сих пор этого не поняли? Или вы 
думали, что Всемирный потоп специально сделал поворот на этом самом месте, 
оставив в неприкосновенности на поверхности земли это животное специально для 
вас?

— Но… в таком случае… вы — не кто иной, как профессиональный, притом высокой 
квалификации, геолог и палеонтолог, — воскликнул пораженный доктор Моргенштерн.

— Может быть, я хотел бы стать одним из этих специалистов, но, увы, не стал, 
тут вы, к сожалению, ошибаетесь. Я — всего лишь скромный любитель в этих 
областях науки. Однако могу вас заверить, что насчет упаковки и транспортировки 
частей скелета вы можете совершенно не беспокоиться и положиться целиком на 
меня

— Я уверен в этом, раз за дело берется сам Отец-Ягуар Но из Тукумана вы 
отправитесь куда-то еще?

— Да, есть у меня кое-какие планы на этот счет

— И куда вы поедете, если не секрет?

— К Барранке-дель-Омисидио.

— Как бы я хотел побыват