ня в 
Топике!

Остальные его поддержали, а один выкрикнул:

— Мы потренируемся на Виннету и Олд Шеттерхэнде, которые получали в десять раз 
больше ударов, чем мы с вами, — это те самые мошенники, что заставили нас у 
бонансы раскапывать какую-то бумажонку вместо золота.

Я хочу вернуться только к одной сцене. Генерал угрожал, и трампы смеялись, а 
Олд Уоббл отпускал свои жутковатые шуточки. Когда раздались первые удары, 
Виннету толкнул меня, и мы поползли назад через лес. Нам нужно было еще 
подобраться ко второму костру. Апач спросил меня:

— Что предложит мой брат сделать с бледнолицым, которого называют «Генералом»?

— Посмотрим. Трампы обязательно захотят от него избавиться. Жить, я думаю, они 
ему позволят только до утра, поэтому нам надо забрать его нынешней же ночью.

Мы осторожно двигались от дерева к дереву. Дорога обратно оказалась вдвое 
длиннее дороги туда. Не прошло и четверти часа, как мы услышали звуки, похожие 
на то, как будто кто-то обламывает ветви. Бросившись на землю, мы приложили ухо 
к подстилке из листьев. С той стороны, куда мы двигались, безусловно, тихо 
крались какие-то люди. Они крались!

— Уфф! — произнес Виннету. — Это те самые люди, что сидели у нижнего костра?

— Судя но тому, как мягко они ступают, это индейцы.

— Да, это краснокожие. Откуда и куда они движутся? От одного костра к другому? 
Может, им надо туда, где наш лагерь?

— Надо это выяснить, Виннету.

— И как можно скорее, наши спутники в опасности. Им ничто не будет угрожать, 
если среди них окажется мой брат Олд Шеттерхэнд.

— То есть, если я тебя правильно понял, ты предлагаешь мне вернуться в наш 
лагерь?

— И как можно скорее, только смотри, чтобы тебя не задержали трампы.

— А ты?

— Я пойду вниз, ко второму костру.

— Если индейцы окажутся между тобой и нами, тебе не ускользнуть!

— Хау! В такую простую ловушку Виннету не заманишь.

Он исчез из виду, а я повернул в другую сторону. Мой маршрут был теперь куда 
опаснее — где-то передо мной маячили индейцы. Я предположил, что их цель — 
полуостров, и забрался поглубже в лес, чтобы, не дай Бог, с ними встретиться.

Прекрасные пейзажи, попадавшиеся мне на пути, на этот раз описывать не буду. 
Никогда прежде я так не волновался, как в тот раз.

Потный, с исцарапанным лицом, я добрался наконец до лагеря, где сразу же, 
естественно, спросили, где Виннету. Я все рассказал и посоветовал выставить в 
лесу дозор. Это единственное, что мы могли сделать тогда для нашей безопасности.


Мы все сидели на земле с ружьями в руках. Прошло примерно четверть часа, и тут 
с полуострова до нас донесся душераздирающий вопль. Индейцы, шедшие перед нами, 
напоролись на трампов. Но выстрелов не было слышно. Белые не оказали 
сопротивления краснокожим. Потом снова воцарилась тишина.

Одно-единственное мгновение в ночной тишине леса…

А сколько оно могло изменить, сколько стоило жизней! Таков он — этот кровавый 
Дикий Запад!

Прошел, наверное, еще один час, прежде чем на полуострове мы заметили еще один 
костер. И тут же второй — чуть ниже. Еще через два часа я услышал громкие шаги. 
Это мог быть только Виннету, любой другой человек обязательно стал бы таиться. 
Это он и оказался. Вождь апачей был так же исполосован ветками, как и я, правда,
 это мы расс