ому что следы, о которых мы говорили, пришли слева ближе к 
берегу реки и неожиданно появились на нашем пути. Они были оставлены одним 
всадником, который на некоторое время остановился здесь. Он не спешивался. 
Следы от передних копыт его лошади описывали полукруг, в центре которого были 
видны следы от задних копыт. Из этого можно было заключить, что человек, 
прибывший с востока, осматривался здесь и искал что-то. Затем он прямиком 
поскакал галопом в тот самый лесок. Значит, это было именно то место, которое 
он искал. Наши взгляды устремились в этом направлении, когда был сделан 
окончательный вывод. Я говорю «наши взгляды», имея в виду свой и Виннету, трое 
наших спутников оценивали ситуацию не так быстро, как мы.

Собственно, нам было все равно, кто этот всадник, да и лесу не стоило уделять 
особого внимания. Однако след был свежий, оставлен едва ли полчаса назад, и это 
было уже достаточной причиной для того, чтобы быть начеку.

— Уфф! Во-ух-ке-за! — сказал апач и поднял руку, указывая мне на что-то в лесу.

«Во-ух-ке-за» — слово дакотов и означает копье. Почему Виннету не использовал 
соответствующее апачское слово? Очень скоро я понял причину этого и в который 
раз убедился, какие острые глаза у Виннету. Пройдя взглядом по направлению его 
вытянутой руки, я заметил на краю леса дерево, одна из ветвей которого сильно 
выдавалась в сторону; на этой ветке висело копье; я это увидел, однако ни 
Хаммердал, ни Холберс, ни Тресков не разглядели. Копье было так далеко от нас, 
что напоминало тонкий карандашный штрих на фоне закатного неба. Если бы мы, 
рассматривая след, не обратили внимания на этот лесок, то никто из нас не 
заметил бы копья. Разве что подъехав к лесу совсем близко. Когда Дик Хаммердал 
услышал о копье, то сказал:

— Я его не вижу; но если это действительно пика, как вы думаете, то копья, как 
известно, на деревьях не растут. Следовательно, это условный знак!

— Знак дакота, — сказал Виннету.

— Значит, это копье дакотское? — спросил толстяк, очень удивившись.

— Да, только я не знаю, какого племени из дакотов.

— Что за племя — какая разница! Удивительнее то, что есть глаза, которые за 
милю могут разглядеть копье. Главный вопрос в том, что нам теперь с ним делать.

Эти слова относились ко мне, и я ответил:

— Появление копья нам, естественно, не безразлично. Кроме осэджей, здесь нет 
больше дакотов; мы знаем, что осэджи выкопали топор войны и это копье, 
безусловно, является для к