отив. Однако они мне, по крайней мере, не делали упреков, в отличие 
от хозяина фермы, который не мог себе представить, чтобы человек, от пули 
которого меня спасли только острые глаза апача, был отпущен нами на волю 
безнаказанно. Такой глупости, как он это называл, в своей жизни он еще не 
встречал. Он поклялся, что теперь будет мстить сам и пристрелит Уоббла как 
собаку, если старик посмеет показаться на ферме еще хоть раз. По отношению к 
нам Феннер проявил себя с лучшей стороны и принял нас как желанных гостей. Уже 
после того, как мы с ним распрощались, мы обнаружили у себя такое количество 
провианта, которого нам хватило бы по меньшей мере дней на пять, так что мы 
могли все эти дни не тратить время на охоту. Насколько это важно, понимаешь 
сразу же, как только становится нельзя стрелять из-за близости белых или 
краснокожих врагов и остается только либо голодать, либо подвергнуть себя 
опасности быть обнаруженным. То, что у нас был запас продуктов, пришлось нам 
очень кстати еще и потому, что мы теперь могли быстро двигаться вперед, нигде 
не задерживаясь, и скоро нагнать Верную Руку — Олд Шурхэнда.

Сразу же после отъезда с фермы мы, собственно, должны были бы пуститься по 
следу Олд Уоббла. Он уже показал нам, в особенности мне, чего от него можно 
ожидать, а если ты предполагаешь, что где-то поблизости враг, для которого 
мишенью служит твоя собственная голова, то лучше всегда знать, где его можно 
найти. Однако мы хотели встретиться с Олд Шурхэндом как можно раньше, потому 
что впереди нас, также по направлению к Колорадо, двигались Генерал и Тоби 
Спенсер со своими людьми, и потому старый король ковбоев отошел для нас на 
второй план.

За фермой Феннера Репабликан-Ривер описывает большую дугу, и мы, пытаясь 
срезать угол, образованный этой дугой, направились прямо в Волнистую прерию, 
чтобы потом снова выйти на берег реки. Перед нами были следы ковбоев, которые 
прошлой ночью пустились в погоню за Уобблом и его спутниками, но так и не нашли 
его. Скоро, впрочем, эти следы исчезли, и никаких других до самого вечера мы не 
видели.

К этому времени нам надо было уже переправиться на другой берег реки, и хотя 
Репабликан, как и другие реки в Канзасе, широкая и мелкая и ее без труда можно 
перейти вброд, тем не менее Виннету повел нас к уже известному ему броду. Здесь 
было так мелко, что даже в самом широком месте вода не доставала лошадям до 
животов.

Переправившись, мы продрались сквозь кустарник, растущий полосой вдоль реки, и 
снова углубились в прерию. Едва мы выбрались из кустов, как заметили следы, 
которые шли вдоль берега реки примерно шагах в пятистах от нее. Дик Хаммердал 
показал на них и спросил своего тощего друга:

— Видишь темную полосу там, в траве, Пит Холберс, старый енот? Как ты думаешь, 
что это? Похоже это на след человека?

— Если ты, дорогой Дик, полагаешь, что это след, то я не имею ничего против, — 
ответил Хо